Naruto / Полёт Бога Крови

Модераторы: Captain Grigory, Heilige, DENO, Сонне Мара

Simply
Carro




 
Сообщения: 1088
Откуда: Банановый рай.

Сообщение Simply » 06 ноя 2017, 00:15

BlackRaven, это, конечно, хорошо, но про сюжетную линию тоже не стоит забывать. 21 глава позади, а ничего существенного еще не произошло. Пока что все ок, стебность доставляет, но хотелось бы, что бы пророчество "кровавого бога" уже как-то начало проявляться. Или все же данный фанфик будет развиваться исключительно как юмористическое произведение и серьезности от него ждать не стоит?
\(*_*)
.....) )z
...../ \

BlackRaven
Каратель




 
Сообщения: 769
Откуда: С фикбука)

Сообщение BlackRaven » 12 ноя 2017, 16:40

Simply писал(а):BlackRaven, это, конечно, хорошо, но про сюжетную линию тоже не стоит забывать. 21 глава позади, а ничего существенного еще не произошло. Пока что все ок, стебность доставляет, но хотелось бы, что бы пророчество "кровавого бога" уже как-то начало проявляться. Или все же данный фанфик будет развиваться исключительно как юмористическое произведение и серьезности от него ждать не стоит?

Определенно, сюжет в фанфике есть и будет, пусть и не такой стремительный. Основной упор в работе, конечно, сделан на юмор. Но без сюжета произведение станет попросту неинтересным. Пророчество даст о себе знать довольно скоро.

BlackRaven
Каратель




 
Сообщения: 769
Откуда: С фикбука)

Сообщение BlackRaven » 13 ноя 2017, 01:39

Эпилог
В Конохе наступил вечер, и теперь только луна, висевшая на небе, да фонари на улицах боролись с окончательной победой мрака над светом. Снаружи шел дождь, а в заведении «Ичираку Рамен» было все так же тепло и уютно.
Пришло время расставаний. Иностранцы, заполонившие Коноху на время проведения экзамена на чунина, возвращались в родные деревни. Сегодня Гааре и Темари с учителем, Казекаге и прочими гостями из Сунагакуре пришлось попрощаться с нашими героями и отправиться в путь. За это время они успели соскучиться по дому. А жрецы кровавого культа, Карин и, конечно, Бенто, за прошедшие часы уже заскучали по товарищам.
Наруто уплетал третью порцию бесплатного рамена, решив, что пользоваться щедростью нового Хокаге следует на полную катушку. Теучи всегда был добр к нему, но чтоб организовать бесплатный ужин, никак не ограниченный в количестве съеденного – такое случалось раз в жизни.
Сегодня под плащом Наруто был зеленый военный жилет, полученный им вместе с протектором с символом Конохи. Впрочем, и то, и другое он вряд ли когда-то будет носить.
«За протектор спасибо, конечно. Я повешу его на стену как сувенир. А жилет лажа. Дурацкая штука, слишком сковывает движения», — подумал джинчурики.
«Да и лишняя защита тебе ни к чему», — усмехнулся Курама, слегка обиженный тем, что праздновать со всеми не может.
«Верно. Не скучай там. Пойдем обратно – я в тебя в лесу перевоплощусь. Погуляешь немного», — придумал Наруто, желающий приободрить своего девятихвостого товарища.
Рикото жаловалась Шинджи на то, что Узумаки не рассказывает ей о гендзюцу, в которое его поймал Учиха Саске. А тот проверял снаряжение в своем рюкзаке, ибо очень скоро нашим героям тоже предстояло отчаливать. Бенто грыз палец недовольного клиента, предоставленный ему так же на бесплатной основе. Кот был вне себя от счастья, и если бы он не был увлечен добычей, то от его скрипучего урчания наверняка потрескалась бы вся посуда в заведении. Карин скучающе смотрела в миску с раменом. Задумчиво выхватив из нее палочками немного лапши и подняв над емкостью, она вздохнула.
— Да не убивайся ты так, сестренка, — с набитым ртом пробубнил Узумаки, заметив, что с Карин что-то не так. – Увидишь ты еще Гаару, не переживай. Ты ему, кстати, тоже вроде бы понравилась.
От этого комментария красноволосая девушка выронила палочки и поспешила поправить очки.
— Почему сразу Гаара? – поспешила спросить она, чтобы отвести подозрения. – Я просто не знаю, что будет дальше и как мне теперь жить.
— Об этом не переживай. Как поедим, отправимся в Храм Джашина в Деревне Горячих Источников. Тебе понравится, я уверен! Он станет тебе новым домом, даттебайо! – воскликнул Наруто, потрудившись перед этим проглотить еду.
Он хлопнул себя по животу. Хоть его миска рамена опустела, Узумаки не чувствовал себя готовым на долгое время отказаться от стрепни Теучи, точнее, теперь стрепни Аяме. Да, в Деревне Горячих Источников был свой «Ичираку». Но здесь рамен был особенным. Бесплатным и наполненным любовью и светлыми воспоминаниями. О чьих-то глазных яблоках, плавающих в бульоне, упоминать, конечно, не обязательно.
— Ты его будешь? – поинтересовался он, кивнув на рамен, и Карин пододвинула к нему свою почти нетронутую порцию.
— Действительно, Карин-тян, не раскисай. Проведем обряд, станешь одной из нас, — обратилась к ней Рикото, приложившись к бутылке саке.
Шинджи тоже ободряюще кивнул девушке, давая понять, что бояться нечего.
— Не знаю… Мне сложно представить себя одной из вас, — призналась Узумаки честно. Ее не тянуло на убийства и кровавые жертвоприношения. А в Храме Джашина, как она поняла, это было обычным делом.
К ним вышла Аяме с каким-то свертком в подарочной упаковке. Протянув сверток Шинджи, она пояснила, что это особый еще не легализованный Теучи в Конохе товар, подарок нового Хокаге главному жрецу Юкимуре. Великан благодарно улыбнулся и поспешил убрать сверток в рюкзак.
Новая владелица заведения стала невольным слушателем части их диалога. Аяме подошла к Карин и улыбнулась ей.
— Карин-тян, всё будет хорошо, — приободрила она девушку. – Взгляни на меня, к примеру. Я провожу ритуалы, используя кровь животных. Никто не будет принуждать тебя к регулярным и кровожадным убийствам людей.
Карин немного успокоилась и, потянувшись к кошаку, схватила его и взяла на колени. Бенто возмущенно зарычал, потянувшись к обглоданному до костей пальцу, но, когда его начали гладить, быстро успокоился.
— Не будет? Почему тогда мне этого никто не сказал? – спросил Наруто, вопросительно посмотрев на Шинджи и Рикото.
Те засмеялись, но ничего так и не ответили.
— С другой стороны, вы еще можете согласиться на предложение Пятого и остаться в Конохе. Отец будет рад, — пожала плечами Аяме. – Вы станете хорошими шиноби. А ты, Наруто, вообще под реновацию жилья попадешь.
— Не, — вздохнул Узумаки. – Куда же я без Хидана, старика Юкимуры и всех остальных. В Конохе хорошо, но мой дом не здесь… К тому же, я еще не разобрался с пророчеством, которое мне надо исполнить.
— А ты теперь что делать будешь, Аяме-тян? – спросила Рикото у подруги.
— Заживу как полагается, — усмехнулась та. – Отец планирует расширение «Ичираку». И я буду всем заправлять. Наберем работников, уборщиков, продавцов, и мне больше никогда не придется говорить: «Свободная касса».
«Звучит многообещающе», — прожестикулировал Шинджи.
— Не волнуйтесь, с отцом Коноха не пропадет, — продолжила Аяме, взглянув на видневшуюся даже с ее места скалу с изображениями Хокаге.
На Монументе уже начали работу над лицом Пятого, и из твердой породы уже вырисовывались знакомые черты лица улыбающегося старика в поварской шапочке.
— Как уж тут волноваться, — усмехнулся Наруто, вздохнув, когда взгляд его пал на лик Четвертого Хокаге. – Коноха в надежных руках. И как-нибудь мы обязательно сюда наведаемся, чтобы узнать, как у вас дела.

***


— Я горжусь вами тремя, несмотря ни на что, — произнес Какаши, улыбнувшись под маской.
Поскольку все места в Ичираку были заняты, он вместе со своими учениками сидел в заведении, которое ему посоветовал Асума. Здесь было лучшее барбекю в Конохе. И есть кусочки мяса, чтобы при этом никому не «спалить» своё лицо, было проще, чем рамен.
— Думаю, никто не ожидал, что из всех нас только я получу звание чунина, — прошипела Сакура, довольно потирая свой новый жилет. Она торжествующе посмотрела на Сая, потом на Саске. – Ты проиграл какому-то облачнику. А ты опозорился перед Наруто и всей Конохой.
— Полегче, Сакура, — попросил Хатаке. – Вы все молодцы. Мало кому удается сдать экзамен с первого раза. Сай, Саске, попытаете счастья в следующем году.
— Это вряд ли, — пробормотал Учиха, невозмутимо переворачивая жарящийся на сетке кусочек мяса. – Я ухожу с Джирайей. Наше путешествие может заняться на несколько лет.
— Что? – удивился Копирующий Ниндзя. Это была шокирующая новость. Почему Саске ни о чем не сказал? Было ли это как-то связано с его проигрышем на последнем туре экзамена?
— Пятый Хокаге уже дал разрешение. Скоро мы отправимся в путь. Извините, Какаши-сенсей. Вам придется поискать замену в команду.
Джонин вздохнул.
— Ладно. Уверен, это поможет в твоем обучении. Джирайя-сан наверняка неспроста берет тебя в такую поездку. Может, вы отправитесь на легендарную гору Мьебокузан! Если она существует, разумеется, — пробормотал он.
— Он просто хочет избежать позора, — сощурившись, Сакура посмотрела на Саске.
— Нет. Просто он понял, что мог лишиться кое-чего ценного. И, дабы использовать то, чем не дорожил раньше, решил пойти по бабам, возродить клан Учиха, — предложил свою версию проницательный Сай. На самом деле, юноша просто услышал обрывок диалога Учихи с учителем и поспешил его процитировать. – «А путешествовать надо, чтобы тебя не нашли. И не пришлось платить алименты.»
Саске бросил на друга негодующий взгляд, дающий понять, что сенсею об этом знать не обязательно.
— Глупости какие, — усмехнулся Какаши. – Уверен, Джирайе-сенсею никогда бы не пришло в голову совершить подобное. Это, Саске… Ты там журнальчиков мне всяких купи.
— Разумеется, — отозвался Саске, довольно посмотрев на надувшуюся Сакуру, которая после озвучивания Саем плана по возрождению клана Учиха явно ревновала его к будущим пассиям. — Меня ждут великие дела, но я постараюсь выделить минутку.
— Анко-сенсей нашла недалеку от Конохи заброшенную лабораторию Орочимару. Теучи-сама разрешил нам исследовать ее, только осторожно, чтобы узнать, что со мной произошло и как использовать всю мою силу, — прошипела Харуно, решив, что раз пришло время новостей, то и ей стоит сообщить кое-что учителю. – Боюсь, я тоже нечасто буду появляться на занятиях, если вообще буду.
— Серьезно? Печально слышать. Ну, ладно, у меня же есть Сай, — вздохнул Хатаке, поняв, что его наставническое жалование заметно урежут. Как же теперь оплачивать подписку на эротические рассказы?
— Э-э-э, Какаши-сенсей, я тут понял, что быть шиноби – это не моё. Я пойду работать в «Ичираку», простите, — разочаровал его последний ученик. – Им нужны люди на кассу.
— Вы все уходите? Что же мне делать? – растерялся он. – Мы с вами через столько прошли… Я к вам привязался. А теперь я, получается, безработный?
Из-за соседней шторы послышался знакомый кашель, и скоро оттуда высунулась бородатая харя Асумы с сигаретой в зубах.
— Могу предложить работу сиделки моего отца. Оставшись без поста, старик совсем обезумел. Только и делает, что ссыт с балкона на прохожих.


***



Тихая ночь встретила путников в лесу, где те разбили лагерь и сразу улеглись спать. Рикото в обнимку с Карин улеглись прямо у костра. Кот задремал на ветке, свесив хвост и одну лапу. Шинджи, чей храп отпугивал диких животных, валялся под деревом, подложив под голову рюкзак. А наш герой, объевшийся рамена, поймал себя на мысли о том, что спать ему совсем не хотелось, решил уделить время медитации.
Отойдя от лагеря, он нашел маленькую полянку и, изобразив на ней огромный треугольник, вписанный в окружность, начал ритуал, усевшись в самый центр получившегося символа. Плащ героя, висевший на сучке дерева, вздрогнул от дуновения ветра. Костер, разведенный Наруто, зашуршал. А сам герой, сидящий в позе лотоса с собственным мечом, пронзающим живот, почувствовал чье-то присутствие.
— Я услышал твой зов, Избранник, — раздался знакомый голос, от которого сердце Наруто забилось чаще. Он открыл глаза и ощутил благоговение, глядя на полупрозрачную фигуру, появившуюся перед ним. – Здравствуй, Наруто Узумаки.
Силуэт Джашина был более четким, чем ранее, когда Наруто в первый раз увидел его в сокровищнице мечей недалеко от Киригакуре. Фигура среднего роста была облачена в белоснежный плащ с узорами в виде красных томоэ, по концам рукавов. Сзади на плаще виднелся символ Кровавого Бога, треугольник в окружности, вокруг которого тоже шли красные запятые. Лицо бога по-прежнему скрывал ореол неизвестности, и лишь его красные глаза, устремленные прямо в голубые глаза Наруто были видны сквозь сияние, резавшее глаза.
— Джашин-сама, — прошептал Наруто, закрыв глаза и склонив голову в поклоне. – Для меня честь снова слышать Ваш голос и… видеть Вас.
Он не был уверен, что можно выразиться словом «видеть». В конце концов, лицо Бог Крови ему так и не открыл.
— Придет время, и ты узришь меня, — промолвил Джашин. – А ныне следуй путями пророчества, Избранник. И помни, «мир либо утонет в крови, либо будет ею спасён».
— Джашин-сама, что это значит? Направьте меня, укажите мне путь, что мне делать дальше? – выдавил Наруто, осмелившись обратиться к божеству с вопросом.
Фигура переступила через костер, на миг исчезнув в свете языков пламени, а затем возникла прямо перед нашим героем, потянувшись к его лицу рукой.
— Мир либо утонет в крови, либо будет ею спасён, — повторил он. – Красная молния найдет новое начало в синем пламени. Они исполнят пророчество вместе, став единым целым. Минуют годы, и красные облака сгустятся над этим миром. Найди синее пламя, Наруто Узумаки…
В следующий миг Джашин прикоснулся ко лбу Наруто большим пальцем, и тот закрыл глаза, видя, как в его сознании мелькают сотни пока непонятных образов. Фигуры в черных плащах с красными облаками, ложка с увесистым алмазом на конце ручки, синий огонь, приобретающий форму кошачьей морды и обнаженная дева, шагающая на его фоне к нашему герою навстречу.
— И назови Полёт Бога Грома в мою честь. А то рамены да мосты, — добавил Джашин уже совершенно не пафосным тоном перед тем, как раствориться. – Только не Полет Великого Джашина.
Наруто открыл глаза, вырванный из видений последним замечанием. Он не знал, было ли оно реальностью или просто фантазией, вспыхнувшей в его перегруженном информацией мозге после сеанса связи с Кровавым Богом.
— Полет Бога Крови, даттебайо, — решил Узумаки, улыбнувшись.

Продолжение в виде 2-й части произведения будет. Скоро!

LenoX
Любитель рома




 
Сообщения: 2065
Откуда: -=Mafia=-

Сообщение LenoX » 22 ноя 2017, 18:33

почему нарик а? :sad:
есть же куча более класных фендомов... или более интересных персонажей :sad:
у тебя ченить более оригинального нет? :glasses: :oops:
Born to Killl...
Изображение

BlackRaven
Каратель




 
Сообщения: 769
Откуда: С фикбука)

Сообщение BlackRaven » 22 ноя 2017, 20:59

LenoX писал(а):почему нарик а? :sad:
есть же куча более класных фендомов... или более интересных персонажей :sad:
у тебя ченить более оригинального нет? :glasses: :oops:


Есть фанфик по Assassin's Creed на фикбуке, мини по Доктору Кто и Fairy Tail и замороженный оридж.
А что еще тут выкладывать?)

Полёт Бога Крови 2: Путь Пророчества
Автор: BlackRaven
Фэндом: Naruto
Основные персонажи: Наруто, Хидан, Джашин, Кагуя Ооцуцуки, Курама, Нии Югито и другие.
Пэйринг: Наруто/Югито
Рейтинг: NC-17
Жанры: Романтика, Юмор, Драма, Фэнтези, Мистика, Экшн (action), Стёб
Предупреждения: OOC, Насилие, Нецензурная лексика, Смерть второстепенного персонажа
Размер: планируется Макси
Описание:
История об Избраннике Джашина продолжается. Герой, ставший жрецом кровавого культа, повзрослел и окреп. Пришло время исполнения пророчества Кровавого Бога.

Пролог
Высоко в горах, где люди то дрожали от холодных ветров, то жаловались на нещадно палящее солнце, наступил вечер. Небесное светило, готовое уйти на заслуженный отдых, постепенно клонилось за горизонт, окрашивая небо и облака в кроваво-красный цвет. Нет, это был не Храм Кровавого Бога, где подобная картина сразу ассоциировалась с Великим Джашином. А была это Деревня Скрытого Облака, в которой родилась длинноволосая блондинка, даже и не догадывающаяся, как дальше сложится ее судьба. Как и главный герой, вероятно, полюбившейся вам истории, она тоже имела обыкновение любоваться рассветами и закатами. И хотя у нее не было живого будильника в виде опекуна, вечно капающего на мозги, этой особе хватало и своих проблем, мешающих ей хорошенько выспаться. А ведь так приятно иногда свернуться калачиком в уютной кроватке и никуда не торопиться…
Она лениво потянулась, любуясь, как солнышко почти полностью скрывается за горизонтом. Сладко зевнув, Югито поболтала ногами над пропастью. Она сидела на краю круглой платформы, опоясывающей здание. Следует пояснить, что Кумогакуре отличалась от прочих деревень. В первую очередь, тем, что была разбита высоко в горах. Многие здания, в основном, в форме, напоминающей сферу, крепились к скалам на разной высоте. Некоторые из них имели специальные прогулочные или смотровые площадки вроде гигантских круглых балконов. У некоторых этими площадками служили крыши. Удивительные творения архитектуры были соединены между собой мостами и трапами, висящими в воздухе. И не дай бог кому-то сорваться вниз. Несчастливец бы непременно расшибся о скалы. Вот почему родители вечно одергивали детей, запрещая им носиться возле краев, за которыми была затянутая облаками пропасть.
Теперь, пожалуй, поговорим о нашей героине. Она уже давно не была девчонкой. Впрочем, вполне взрослая и сильная женщина, кем Югито, собственно, и являлась, не была лишена детского озорства и желания пошкодить. Вот и сейчас, сидя на платформе, опоясывающей Резиденцию Райкаге, блондинка ждала того, что всегда происходило, когда она претворяла в жизнь свои шалости. Нии вздрогнула, поскольку раздался грохот, сотрясающий всю деревню, а затем стену здания проломил чей-то массивный силуэт, подчеркиваемый искрящимися молниями.
— Кто, вашу мать, опять нассал в мои тапки?! ЮГИТО!!! – в бешенстве прорычал Райкаге, темнокожий качок в черных штанах с поясом вроде тех, что даются чемпионам в реслинге, и белом расстегнутом плаще, накинутом на голый торс.
Он остановил тяжелый взгляд на девушке с длинными светлыми волосами, одетой в черно-фиолетовые штаны и обтягивающую футболку. Когда та повернула голову, испуганно посмотрев на Райкаге, о котором совсем забыла, на лбу Югито блеснул протектор с символом Кумогакуре.
— Ой. Как неудобно получилось, — выдавила та. – Ну ладненько, я лучше побегу.
Вскочив и приготовившись уносить ноги, Югито не учла, что Райкаге один из самых быстрых шиноби в мире. Ему не составило труда мгновенно сократить расстояние до нее и быстрым движением схватить негодяйку за волосы, связанные в хвост.
— Ай-яй-яй! Отпусти, я так больше не буду, — умоляюще заойкала она.
— Тапки сама стирать будешь, поганка, — рявкнул Эй.
— Дядя, мне же больно. Не надо рукоприкладства! – воскликнула Югито, напомнив ему о волосах, которые тот, успокоившись, все же отпустил.
Нии подняла виноватый взгляд на Райкаге, стоявшего над ней горой.
— Прости, дядя Эй. Это всё Мататаби, мне сложно бороться с ее повадками, — та поправила резинку на волосах, чтобы чем-то занять руки.
— Да это был подарок от Теучи, Пятого Хокаге! Почему именно эти тапки?!
Ее виноватый взгляд бегал из стороны в сторону. Глядеть на темнокожего исполина после осквернения его тапок дольше нескольких секунд было непросто. В принципе, Югито вообще не очень любила игру в гляделки.
— Малышка Югито, как я могу на тебя сердиться, — вздохнул тот, поняв, что как всегда дал волю эмоциям и слегка переборщил. Он потрепал ее по голове. – Эх, тебе третий десяток уже скоро, а я так и не приучил тебя к лотку.
Та обиженно надулась.
— Невежливо напоминать женщине о ее возрасте, дядя. И про лоток не надо, а то я ведь и в постель могу, — пробурчала она.
— Что?! – мужик стиснул зубы, ткнув в нее пальцем. – Да ты не посмеешь, кошатина!
— Кусь! – Югито не стала упускать возможность и куснула его за палец, заставив темнокожего лидера деревни изречь массу проклятий.
Спустя несколько секунд девушка уже улепетывала от него, прыгая с платформы на платформу и со здания на здания, без страха перемахивая через пропасть. К ее счастью, Райкаге понял, что гоняться за Югито – не то занятие и, дабы не устраивать шоу для всей деревни, ругаясь, вернулся к себе через дыру в стене.
— Бугагашеньки, — Югито, забравшаяся на одно из высочайших зданий, с которого открывался вид на всю деревню, торжествующе сверкнула глазами и облизнулась, наблюдая, как тот высовывается из дыры и угрожающе показывает ей кулак. – Здорово мы его, Мататаби.
«Мне уже за тебя стыдно. Пора стать серьезной. И перестать валить всё на меня!» — отозвалась в подсознании Двухвостая Кошка.
Мататаби была с Югито с самого детства, и, конечно, она и правда была источником всех странных наклонностей и привычек своей джинчурики. Но Югито уже давно злоупотребляла этим и использовала Кошку как ответ на любую ситуацию. Испортила мебель в доме Райкаге – виновата Мататаби. Осквернила тапки Райкаге – виновата Мататаби. Горланила полночи под окнами Райкаге – тоже виновата Мататаби.
«Пожалей старика. Почему именно он? Я вообще удивлена, что у него все дома после всех твоих выходок», — прорычала Двухвостая.
— Ну, кто как не он, — промурлыкала Нии, с любовью глядя на Эя, пытавшегося задвинуть получившуюся в стене дыру шкафом. – В конце концов, после тебя никого ближе него у меня нет. А приятнее всего гадить тем, кого любишь.
Это была правда. Родителей у Югито не было, она их даже не помнила. Одна из войн оставила девочку сиротой. Можно сказать, Четвертый Райкаге был тем, кто растил ее, заботился о ней всё это время. Впрочем, то же можно было сказать и о Двухвостой Кошке, которая привязалась к Югито. Ранее она была запечатана в отце девушки, и с самого появления ее на свет Двухвостая прониклась к малышке симпатией. После гибели предыдущего джинчурики, воплотившись в себя из вышедшей из его тела чакры, Мататаби добровольно вернулась в Кумо, чтобы быть с Югито. Она не сопротивлялась, когда было принято решение вновь запечатать Двухвостую Биджу в Нии. Наверное, поэтому жители Кумо благосклонно относились к ним обеим. Впрочем, лишь до тех самых пор, пока Нии не заколебала всех своими выходками.
«А как же Би?» — поинтересовалась Мататаби.
Югито задумалась. Би считался младшим братом Райкаге, хоть и не был с ним одной крови. В нем был запечатан Восьмихвостый, второй Биджу, которым владела Кумогакуре. И в итоге получилось так, что оба джинчурики росли вместе и сроднились. Естественно, он был Нии не безразличен.
— Вспомнишь солнце, вот и лучик, — вздохнула Югито, страдальчески закатив глаза, когда по деревне начали раздаваться громкие биты, включенные каким-то типом на одной из крыш.
Вслед за битами начали разноситься рифмы, призывающие всех жителей на вечернюю дискотеку.
— Йоу-йоу-йоу. Иди сюда и послушай мой рэп! Я победитель всех баттлов, я словом окреп! Мне в Кумо равных нет, зацени моё искусство. Я кручу восемь мечей и порублю врагов в капусту! – раздался из колонок голос Би.
Темнокожий джинчурики, выпендривающийся на постепенно растущую публику, поправил очки и поднес микрофон ко рту, готовясь зачитать шедевр, посвященный успехам на версусе, но тут стена здания резиденции вновь проломилась, уже в другом месте. Югито вспомнила, что недавно Райкаге внес запрет на шум в деревне по вечерам после определенного времени. А сейчас уже было довольно поздно, и хоть Эй пока не собирался спать, биты и рэп Би, сотрясающие всю деревню, явно мешали ему работать. Атлет в белом плаще выскочив из образовавшейся дыры, заорав во всё горло:
— Би, дубина! Выключай свою шарманку, или я начну швыряться гантелями.
Угроза могла показаться нелепой, но только не из уст лидера деревни, который мало того, что был чертовски быстр, так еще и был невероятно силен. Ему не составило бы труда докинуть какой-нибудь атлетический снаряд до другого края деревни. Югито вспомнила, что это уже было проверено опытным путем на ней. Но Киллер Би уже вошел в раж и закругляться со своим представлением явно не собирался.
«Мне его даже жаль. Любой другой вряд ли бы справился с управлением деревней и вами двумя», — прорычала Мататаби.
— Да… — протянула Югито, проникнувшись сочувствием к Райкаге. – Пожалуй, пожалею завтра его тапки.

***


А над Храмом Кровавого Бога уже сгустилась ночная мгла, рассеиваемая светом зависшего в поднебесье месяца и далеких звёзд. Но это не помешало кому-то нагло вломиться в покои нашего героя, мирно бороздящего просторы Раменского моря в своих грезах.
— Пиздюк, угадай кто! – захохотал Хидан, а это был именно он, нисколько не постаревший за прошедшие годы.
Мужчина в белом плаще был бодр и полон сил, невзирая на то, что все нормальные люди в это время спали, забыв о мирских проблемах. Его пепельного цвета волосы были зачесаны назад и в этот раз блестели от лака, а такое случалось только по торжественным случаям.
В воздухе просвистела трехлезвийная боевая коса, заставившая черного кота, свернувшегося колечком в ногах хозяина, вскочить и зашипеть. Прежде чем оружие вонзилось лезвиями в стену, Избранник очнулся, и его ловкая рука поймала косу за рукоятку. В полумраке можно было заметить татуировку в форме символа Джашина не только на его груди, но и на ладони, поймавшей летящий в него предмет. Усталые голубые глаза недобро уставились на незваного гостя.
Светловолосый парень с тремя черными полосами на каждой щеке не стал мешкать и запустил находку обратно, заставив ее хозяина спрятаться за дверью. Коса вонзилась в дерево, глубоко засев в ней лезвиями.
— Хидан, только у тебя хватает наглости врываться ко мне по ночам по поводу и без, — сонно пробормотал Наруто, вставая с кровати и протирая глаза. – Что случилось?
Его рука потянулась к стулу с висевшими на спинке плащом и штанами. Когда Хидан вновь показался из-за двери, Наруто уже был полностью одет. Жрец одобрительно посмотрел на ученика. В глазу его чуть не появилась скупая мужская слеза из гордости за Узумаки, из которого опекун вырастил настоящего воина.
А нашим героем и правда можно было гордиться. За эти годы он вырос и окреп, сравнявшись с наставником в росте. Узумаки изменился, хотя те же небесно-голубые глаза и непослушные светлые волосы, а также вытатуированный на груди символ напоминали о том пацане, которым он когда-то был.
— Что случилось?! Ты и правда обо всём забыл, пиздотряс ты эдакий? – возмутился Хидан.
Впрочем, очень скоро нахмуренные брови и суровый взгляд сменились на издевательскую улыбку. Жрец, полностью показавшись из-за двери, тряхнул увесистой бутылкой в руке.
— С днём рождения, блять! Хорош жопу пролёживать, айда бухать, теперь можно!

LenoX
Любитель рома




 
Сообщения: 2065
Откуда: -=Mafia=-

Сообщение LenoX » 23 ноя 2017, 12:43

BlackRaven писал(а):Есть фанфик по Assassin's Creed на фикбуке, мини по Доктору Кто и Fairy Tail и замороженный оридж.
А что еще тут выкладывать?)

по отсасину почитаю...
доктор кто? там же один сюжет уже несколько десятков лет обыгрывают :confused:
я б почитал по Сказания о демонах и богах с характером героя в твоем формате, а то китайцы с культурой :sad:
или по Неординарынм
просто при прочтении нарика создается впечатление что ты уже это где-то читал :sad:

а фик колоритный :lol:
Born to Killl...
Изображение

BlackRaven
Каратель




 
Сообщения: 769
Откуда: С фикбука)

Сообщение BlackRaven » 24 ноя 2017, 22:07

LenoX писал(а):
BlackRaven писал(а):Есть фанфик по Assassin's Creed на фикбуке, мини по Доктору Кто и Fairy Tail и замороженный оридж.
А что еще тут выкладывать?)

по отсасину почитаю...
доктор кто? там же один сюжет уже несколько десятков лет обыгрывают :confused:
я б почитал по Сказания о демонах и богах с характером героя в твоем формате, а то китайцы с культурой :sad:
или по Неординарынм
просто при прочтении нарика создается впечатление что ты уже это где-то читал :sad:

а фик колоритный :lol:


Спасибо. Ну, по ассасину мой фик лежит на фикбуке, если что, меня там можно найти под тем же ником.
Да не, сюжет в Докторе Кто довольно закрученный и оригинальный, хотя в некоторых деталях концепция неизменна.
Увы, с этими фэндомами не знаком. Да и редко что пишу помимо Нарика, в этом фэндоме моя основная читательская публика.

Глава 1. Новая знакомая

— И что мне с ней делать? – протянул Наруто задумчиво, покручивая в руках предмет, от которого сердце невольно сжалось в груди, как и при виде любой ложки.
В глазах нашего героя пробежали флешбеки из детства, изнуряющие тренировки и мучения, которые ему принесло его первое в жизни оружие, а потом вспомнились видения, посланные Джашином, часть из которых Избранник уже давно позабыл.
Эта ложка была особенной, с красивыми узорами, выгравированными на металле, и впечатляющих размеров камнем на ручке. Непонятно, почему этот прекрасный алмаз был вставлен именно в ручку ложки, а не в какую-нибудь драгоценную подвеску или, скажем, обручальное кольцо. Подарок, а это был именно он, оказался невероятно дорогим, но одновременно с этим совершенно бесполезным.
— А я ебу? Это не мой подарок. Старик Юкимура в сарае нарыл. Мой подарок – признание тебя как равного и то, что я привел тебя в этот гадюшник. Хотя ты всегда останешься моим пиздюком, – усмехнулся Хидан, отпивая из граненого стакана «Кровавую Мэри», увы, не такую кровавую, как в ресторане Теучи.
Жрец приобнял Рикото, чья часть стола была заставлена опустошенными бутылками из-под «хлебного игристого». Судя по румянцу на щеках и горящим глазам, Юки уже было довольно весело.
Вместо раменной жрецы Кровавого Бога на сей раз выбрали заведение, более подходящее под возраст «уже можно». Так называемый гадюшник был местом не столь чистым, зато куда более атмосферным. Кроме алкоголя здесь подавалась разве что яичница и всяческие закуски. А основной интерес представляли полуголые официантки, девушки с еще меньшим коэффициентом одетости, чьи фото висели на стенах, и пока что пустующая сцена с идущим до потолка шестом в самом ее центре. В другой части помещения были игральные автоматы, и самые отчаянные, забив на прочие прелести этого места, пробовали попытать удачу. Наверняка купились на рекламу «Югакуре-казино». Но на деле всё было не так радужно, как обещали рекламные щиты в деревне и ее окрестностях, и вместе с гарантированными фриспинами кончалась и удача игроков, просаживающих здесь все свои деньги.
– Что скажешь, золотце? Как пиздюку ложкой распорядиться? – спросил тот у девушки.
Сейчас наши герои в составе трех человек, включая самого Наруто, отмечали день рождения Избранника. Увы, компания их к этому времени стала меньше.
Шинджи, отправившийся на миссию неделю назад, пока так и не вернулся. Оставалось только гадать, что именно заставило лысого великана так надолго задержаться во время выполнения задания.
Юкимура уже спал и, видимо, передал Хидану свой подарок, так как знал, что тот не потерпит до утра и потащил ученика праздновать еще ночью. Вряд ли старик шлялся по подобным заведениям. Возможно, то, что именно оно было выбрано местом посвящения Наруто во взрослую жизнь, оставалось для него тайной. Так или иначе, он и остальные жрецы готовы были поздравить нашего героя в свое время, на очередной дневной ритуальной церемонии, не отрывая его от сна прямо ночью, как поступил Хидан.
А Бенто, с которым сюда бы попросту не пустили, был оставлен в Храме наедине с рукой новой жертвы кровавых ритуалов. Только так можно было отвлечь кота, чтобы хозяин успел слинять. Ведь, как мы помним, Наруто и его питомец были неразлучны.
— Ну… Подари ее кому-нибудь, Наруто-кун! – фиолетововолосая девушка запрокинула голову вверх, вливая в себя еще пол-литра живого нефильтрованного. Вытерев губы, она посмотрела на юношу своими зелеными глазами. – Эта ложка – не просто сокровище. Это символ твоего жизненного пути. Даренное не дарят, конечно. Но ее вполне можно было бы вручить тому, кто познал то же, что и ты.
— Жаль, что Карин ушла. Ее бы это порадовало, — вздохнул Узумаки, подумав о сестре, покинувшей храм пару лет назад.
Джинчурики с улыбкой вспомнил, как ассистировал Хидану на тренировках, наблюдая за тем, как сестра, проклиная все на свете, перечерпывает ложкой воду из одного ведра в другое, а потом волочет все по лестнице. Чтобы стать одной из жрецов кровавого культа, Карин пришлось пройти ритуал посвящения с человеческим жертвоприношением (хотя в дальнейшем она следовала примеру Аяме и проводила ритуалы на животных) и учиться по той же программе, что и Наруто в свое время. И хотя ее учителем была назначена Рикото, Хидан нередко потешался над юной Узумаки, преподавая ей свою науку на совместных тренировках.
Хоть девушке приходилось нелегко, она мужественно справлялась со всеми трудностями, чем заслужила уважение Юкимуры и других служителей Кровавого Бога. Она стала частью их семьи, но, увы, так и не осталась в Храме навсегда.
— Она не ушла, а отправилась к жениху, — поправила его Юки. – Это совсем другое дело.
Действительно, у ухода Карин была своя причина. И причиной этой был Гаара, чувства к которому заиграли новыми красками в юной Узумаки после пары миссий в Деревню Скрытого Песка и, самое главное, оказались взаимными. В итоге она приняла решение переехать в Сунагакуре, поблагодарив Наруто и жрецов за всё, что они сделали. Никто Карин не препятствовал, да и сам Избранник останавливать ее не стал, хотя тоска по красноволосой Узумаки до сих пор терзала сердце нашего героя. Он обрел сестру, ставшую частью его жизни, а потом вынужден был отпустить ее.
— Какое там ушла? Она сбежала, нахуй! От тебя, золотце, — захохотал Хидан, крепче прижав к себе Рикото, которая устремила на него негодующий взгляд. – Ну бля, извини. Но мне кажется, ты ебала ей мозги еще больше меня. А для такой хуйни надо конкретно постараться.
Извиняющийся поцелуй разрешил конфликт до его начала. Наруто отвел взгляд, приложившись к первому алкогольному коктейлю в своей жизни и слегка поморщившись. Похоже, «Взрыв башки» вполне оправдывал свое название. Кажется, ему уже от одного глотка ударило в голову.
— Бабская это ебатека считать каждую родинку на волосатой жопе бытия символом. Ты лучше ложку вон той красотке подари, да уединись с ней где-нибудь, — выразил свою мысль Хидан, вновь заработав взгляд, полный неодобрения.
— Не слушай его, Наруто-кун, Юкимура-сама просто так ничего не дарит. Вспомни хотя бы свой меч. Или татуировки на ладонях. Уверена, и у ложки есть свой смысл, — возразила Рикото.
Наруто посмотрел на наставника и его девушку, потом на не занятую стаканом ладонь, на которой был вытатуирован символ Джашина с несколькими дополнительными узорами, а потом на официантку, которая ждала, пока бармен заполнит все стаканы на ее подносе напитками, которые нужно подать клиентам. Рыжеволосая девушка была в красной форме, подчеркивающей ее хорошую фигуру. Сама она была довольно симпатична, особо завлекательны были золотисто-карие глаза и, как ни странно, веснушки. Узумаки мотнул головой, представив, как глупо будет выглядеть, вручая драгоценность этой особе. В итоге он убрал ложку в карман плаща.
— Ну и зря, она еблищем так ничего, — разочаровался Хидан, вспомнив, что еще давным-давно, во время их путешествия в Киригакуре, Наруто проявил интерес к одной официантке. – Не пиздюк ты мне больше, а каблук бесхребетный.
Джинчурики нахмурился.
— А как же признание меня как равного? Ты разве теперь не должен уважать мои решения? – напомнил он.
— Не такие ущербные. Иди просто познакомься, я, думаешь, ради чего всю эту хуйню задумал? — пояснил Хидан, провожая взглядом официантку, которая, виляя тем, чем ее наградила мать-природа, прошла мимо их столика. – Что опять клювом щелкаешь, шкет? Надо было шлепнуть, погладить или хотя бы укусить. Им это нравится. И дохуя смелые тоже нравятся.
— Чему ты мальчика учишь? Он хочет чистой и взаимной любви, — возмутилась Рикото. Хотя, скорее, не из-за речей Хидана, а из-за проявленного им интереса к другой девушке. — Как его сестра. Она дождалась, дождется и он. Не торопи события.
— Дождется, что хуй отвалится. Пиздюк, я ведь слышу прекрасно из-за стены, как у тебя кровать скрипит. Девушку себе найди, да поскорее, — Хидан вновь зашелся приступом истерического хохота. – Тут много кандидаток. А стрёмно к красавице подкатывать – выбери кого пострашнее. Ты же любишь постарше, а?
— Это Бенто об кровать когти точит, — Узумаки не сразу нашел ответ и, поняв, что наставник в чем-то прав, вздохнул. – Ну, я не знаю… Я не силен в этом. Не умею я заводить знакомства.
— Да чего сложного, блять? Смотри и учись, – Хидан перестал ржать и утер слезы. Шутки-самосмейки, особенно если они касались Наруто и его неудач, все чаще доводили его до такого состояния. Он повернул голову к Рикото и, глядя ей в глаза, сказал. – Золотце, трахаться хочу.
— Я тоже, — отозвалась Рикото, которая в состоянии алкогольного опьянения только и ждала подобной фразы.
— Ну и хули сидим? – усмехнулся жрец, вставая и поднимая ее за руку. Жрица захихикала, поскольку при вставании выпитое еще больше ударило в голову, и она еле устояла на ногах. Хидан же посмотрел на Наруто, повисло неловкое молчание. – Ну ты понял, пиздюк. Ладно, давай. Помни, чему я тебя учил, и все киски будут твоими! Ты только повнимательнее с выбором. А то хуй знает, какие тайны нас ждут.
Хидан замолчал, поняв, что последняя фраза определенно заставит Наруто задуматься, почему наставник ее изрек. Видимо, за этими словами скрывалась очередная история, которую жрец не желал озвучивать. Поэтому он просто кивнул, взял косу, прислоненную к креслу и под руку с девушкой удалился.
Узумаки проводил их взглядом, и, оставшись наедине со своими еще не выпитыми коктейлями, решил, что нечего добру пропадать. Когда дело было завершено, парень посидел еще немного, скучающе обводя взглядом зал и изучая посетителей за другими столиками. Поняв, что жестокая судьба так и не приготовила ему подарок в виде одинокой скромной красавицы, ждущей, пока он подсядет и угостит ее чем-нибудь, наш герой поднялся со своего места. Подняв и закрепив за спиной меч, он собрался было пройтись по ночным улочкам деревни, но, проходя мимо игральной зоны с автоматами, услышал страдальческий вздох.
— Слышь, паренек, у тебя мелочишки не найдется? – раздался умоляющий голос за его спиной.
Джинчурики закатил глаза, поскольку попрошаек в Югакуре хватало, и он уже успел порядком устать от их вечных просьб. Но одно дело, когда честно просравший все свое добро бомж на улице протягивал свою дрожащую не самую чистую на свете руку, а другое – когда какая-то тётка проигрывает свои сбережения и ищет прочие источники мелочи, которая в конечном итоге канет в бездну лохотрона.
Он вздохнул и все же накопал в кармане плаща несколько монет, после чего сгреб их пальцами и, развернувшись, протянул находку женщине в темно-синих штанах, серой блузке без рукавов и куртке зеленого цвета. Сложно было сказать, сколько ей лет. Хидан наверняка бы назвал ее «тянкой-хуянкой в самом соку», но у самого Наруто почему-то возникли сомнения на этот счет. Наверное, его вводила в заблуждение невероятно объемная грудь женщины, с трудом удерживаемая одеждой. Длинные волосы незнакомки, которая торопливо закинула монеты в автомат, спадали на спину в виде двух хвостов. Ее глаза горели азартным пламенем, а само лицо с пухлыми губами и татуировкой в виде ромбика на лбу при получении желаемого засияло благодарностью.
Наруто задумчиво посмотрел на женщину, торопливо запихивающую монетки в автомат, потом на стол, стоящий рядом с ее собственным, уставленный несколькими пустыми бутылками и стаканом с семечками. Семечки она разгрызала с характерным щелканьем и сплевывала кожуру в мусорное ведро по другой бок, любезно предоставленное персоналом. Делала она это, явно не придавая этому делу особой важности, и Узумаки брезгливо скривился, поняв, что все зачатки быдла у незнакомки присутствуют. Она даже не поблагодарила его за мелочь.
— Вы бы завязывали, удача явно от вас отвернулась, — посоветовал Узумаки, увидев, что новая попытка азартной особы собрать три кристаллика, чтобы сорвать куш, обернулась крахом. Три кулака с оттопыренными средними пальцами на экране заставили ее приложиться к бутылке, осушить ее и бросить в ведро с такой силой, что то недовольно звякнуло. Три одинаковые картинки по идее должны были приносить какой-то выигрыш, но данная комбинация была ловушкой: стоило ей выпасть, и вся выигранная сумма мгновенно сгорала.
— Че, такой умный? – огрызнулась женщина. – Пусть отвернулась. Я работаю над тем, чтобы ее вернуть.
— Как долго, если не секрет? – усмехнулся Узумаки, чье презрение в глазах сменилось насмешкой.
Новая порция из пожертвованной им мелочи отправилась в автомат. Женщина рванула рычаг с такой силой, будто собиралась улететь на своем сидении прямо в космос, и картинки на экране завращались. На сей раз выпали совершенно разные изображения, и, увы, неудачница так ничего и не добилась.
— Двадцать лет, чтоб его! – она сплюнула семечки в ведро, ударила кулаком по автомату, и тот, сотрясшись, испуганно вывалил несколько монеток, которые та поспешила закинуть обратно, вновь дернув рычаг. – Я и правда Легендарная Неудачница.
«Двадцать лет? Чёрт, сколько же ей?» — попытался прикинуть Избранник.
— А я Наруто, — отозвался парень, вздохнув со слегка наигранным сочувствием. Кажется, неудачи его новой знакомой сопутствовали продолжению их диалога.
— Ты попутал, это не мое имя, — буркнула та, не оценив юмора. – Меня зовут Тсунаде.
«Тсунаде… Кажется, я где-то слышал это имя», — подумал Наруто, но понял, что выпитый алкоголь не позволит ему этого вспомнить. А Девятихвостый, также разбуженный Хиданом вместе с Наруто, сейчас дрых, сказав, что даже день рождения джинчурики не заставит его бодрствовать в такое время.
— Взять тебе еще выпить? – предложил Наруто, заметив, что запасы Тсунаде на исходе, а ее материальные средства не позволяли взять еще выпивки за свой счет.
— А че, давай, — согласилась та без особого энтузиазма, вновь погрузившись в игру.
Узумаки вернулся к бармену и, заплатив, получил от него кружку разливного. За время туда и обратно он успел тысячу раз спросить себя, что он делает, но в затуманенном алкоголем разуме возникал лишь хихикающий Хидан, дающий сомнительные советы.
Гопница, как окрестил Наруто свою новую знакомую, никуда не делась, и когда тот явился с напитками, вырвала у него из руки кружку и поспешила приложиться к ней, чтобы смыть вкус позора от очередного проигрыша. Наруто опустился на сидение за соседним автоматом и без особого интереса посмотрел на предлагаемую ему игру, которая ничем не отличалась от той, в которую проигрывала Тсунаде. Опустошив кружку, женщина небрежно бросила ее в мусорное ведро, а потом, поняв, что сделала это зря, вновь негодующе уставилась на игральный аппарат.
— Спасибо, — буркнула она, поняв, что все же стоит выразить свою благодарность словами. – Хоть что-то хорошее в этой паршивой деревушке кроме горячих источников.
— Ты здесь проездом? – поинтересовался Узумаки, решаясь вновь завести диалог.
— Да. Я сейчас без определенного места жительства, — отозвалась та, пристыжено покосившись на него и отведя взгляд. – Вот и мотаюсь по миру, ищу свое счастье. А нахожу только одни неприятности.
«Бомжиха, значит. Прекрасно», — подумал Узумаки с сарказмом, поняв, что четко следует указанию наставника выбирать кого попроще.
— Я была тут много лет назад, решила вернуться, посмотреть, что изменилось, — продолжила та. – А ты че, местный, значит?
— Ну… — протянул Наруто, не желая утомлять ее деталями своего происхождения и историей, как он попал в Храм близ Югакуре, — Можно и так сказать. Но тут я впервые.
— Вот, значит, как теперь молодые отдыхают, — усмехнулась Тсунаде, смерив его любопытным взглядом. – Бухают, да на сиськи пялятся.
— Да не пялюсь я, — поспешил Наруто с ответом. – Меня вообще приволокли сюда силой. И бросили… В мой день рождения.
— О… — удивилась женщина. – Поздравляю, в таком случае.
Тем самым он выставил себя тоже своего рода неудачником. Проникшись сочувствием, Тсунаде положила ему руку на плечо.
— Пошли тогда. Ты прав, что время и деньги попусту тратить, — предложила она.
Наруто кивнул, они встали и направились к выходу. Очень скоро их встретила теплая улица с россыпью звезд на ночном небе. Тсунаде подняла взгляд вверх, покачиваясь на месте, и потеряв равновесие, едва не свалилась на дорогу. Но к счастью Узумаки был рядом и подставил ей плечо.
— Ладно, спасибо тебе, парень. Хоть тут мне повезло… Встретить доброго человека. Я уж думала, в мире таких не осталось, — пробормотала она, стараясь вновь принять устойчивое положение. – Брось меня, иди празднуй. А я уж пойду ночлег искать.
Ее печальный голос, уже не столь жесткий, заставил Наруто отмести образ гопницы, сложившийся у него за время его общения с новой знакомой. Нет, она была потерянной, разочаровавшейся, озлобленной от неудач и старающейся казаться непробиваемой. Но под этой личиной явно скрывался добрый и, возможно, когда-то вежливый человек.
— Видишь храм на горе? Переночевать можно там, — предложил Наруто.
— Зовешь меня в гости? Ну, тогда пошли, — согласилась та, видимо, уже догадавшись, что плащ Наруто и его отнюдь не самое обычное оружие как-то связаны с храмом.
Они пошли по улице, Тсунаде, чтобы не падать, держалась за нашего героя, который задумчиво поглядывал на шатающуюся женщину, придумывая, как будет объяснять Юкимуре и остальным жрецам, что она забыла в храме. Он перевел взгляд на кулон, болтающийся на шее Легендарной Неудачницы и поспешно отвел взгляд, поняв, что взгляд его приковывает отнюдь не странное украшение, а бюст спутницы.
Двое шли молча, приближаясь к выходу из деревни в виде большой деревянной арки. Тишину покоя и сложившегося взаимопонимания разрезал лишь свист ветра, временами проносящегося по улицам и поднимавшего в воздух опавшую листву.
— Погоди немного, что-то меня шатае-е-ет, — вдруг у Тсунаде подвернулась нога, и она упала прямо на Узумаки, который тоже от внезапности не удержал равновесие и рухнул на спину. Женщина придавила его своими внушающими формами, упершимися ему в грудь, и обмякла сверху, уткнувшись лицом в его шею и пуская слюни.
Джинчурики лежал, чувствуя, как перед глазами плывет небо, сказывался выпитый алкоголь. Он не шевелился, прислушиваясь к ощущениям и мыслям, которые вызвала придавившая его Тсунаде, не спешащая просыпаться.
«Чёрт, так близко. Что же делать? Вылезти или еще поваляться?» — думал он.
«Хули тут думать, пиздюк. Смелых, блять, они любят», — вспыхнул в сознании Хидан.
Узумаки точно не понял, как его руки оказались на ягодицах придавившей его женщины, но тут же поспешил убрать их. Мысли бешеным роем носились внутри его черепной коробки и, казалось, долбились в ее внутренние стенки. Что он делает? Как поступить? Нельзя же просто так взять и беспардонно облапать новую знакомую, пользуясь ее положением. Хотя упругие теплые шары, давившие ему на грудь, так и манили это сделать, взбудораживая все потаенные мысли в сознании нашего героя.
«Нет, так нельзя», — решил он, поддавшись зову благоразумия.
Он приложил усилие, чтобы снять с себя витающую в пучине опьянения Легендарную Неудачницу, и та растянулась рядом с ним на спине, издав храп. Джинчурики поспешил повернуть ее голову вбок, зная, что так безопаснее, если все выпитое ранее попросится наружу.
— Тсунаде, проснись, — выдавил он, склонившись над ней. – Тут недалеко, поднимемся на гору, сразу ляжешь. Давай, поднимайся. Октябрь сейчас холодный.
Естественно, это ничего не дало. Джинчурики пришел к выводу, что если немного потрясти ее за плечи, это даст какой-то эффект. Но голова снова закружилась, и Наруто, снова потеряв равновесие, упал, выставив перед собой руки и ухватившись за то, что так манило его взгляд несколькими минутами ранее. А ухватился он крепко, настолько крепко, что Тсунаде резко открыла глаза, и, повернув голову, уставилась на парня, который, как она решила, позволил себе слишком много.
— Ах вот, значит, как! – возмущение, превратившееся в неистовую ярость, мгновенно вернуло Тсунаде в адекватное состояние, и в следующий миг удар, от которого у Наруто чуть не сломалась челюсть, отправил его высоко в поднебесье. – Не позволю, извращуга!
Когда Наруто, не успевший понять, что произошло, полетел уже вниз, его за горло поймала мощная рука, и в следующий миг уже вставшая на ноги Тсунаде проорала ему прямо в лицо:
—Все вы в этой деревне одинаковые, сволота! Я тебя манерам научу, Наруто.
После этого женщина швырнула джинчурики, словно камень, и он вновь полетел куда-то по дуге. Ужасающей силы бросок заставил его усомниться, что Тсунаде человек. Как некстати прямо перед ним показалась арка ворот, которую джинчурики сшиб, хоть и не весил особо много!
Раздался грохот. Земля под ногами подпрыгнула от столкновения с чем-то тяжелым. Глубоко дыша, Тсунаде поглядела на разрушенную достопримечательность и поднявшееся облако пыли, после чего отряхнула свою куртку несколькими движениями рук. Наруто попытался подняться, чувствуя, как после такого столкновения болит всё его тело.
— Ты сумасшедшая, даттебайо! Я просто хотел помочь…
Грозная женщина, услышав это, сжала кулаки, причем так, что все костяшки разом хрустнули. Зубы ее скрипнули.
— Да я тебя по асфальту размажу!

BlackRaven
Каратель




 
Сообщения: 769
Откуда: С фикбука)

Сообщение BlackRaven » 06 янв 2018, 15:40

Глава 2. Новогодняя
От удара продолжало болеть всё, что можно, а особенно самолюбие джинчурики, который не привык, что его швыряют куда-то как тряпичную куклу. Узумаки гадал, как от такого столкновения у него в теле не сломались все кости. Но его утешала мысль, что скоро регенерация, подарок благословения Джашина и Девятихвостого, запечатанного в нем, скоро даст о себе знать.
Он поморщился, прислушиваясь к собственным ощущениям, и с удивлением отметил, что боль никуда не делась. Она продолжала сковывать его тело и душу ноющими цепями, отвлекающими его от происходящего. Узумаки недоуменно посмотрел на Тсунаде. Разъяренная женщина, нанесшая ему такой урон, уже неслась вперед, занося кулак для удара.
«Курама! Переставай спать, это уже не смешно!» — пронеслось в голове Избранника.
«А я и не сплю. Ну что, исполнилась твоя праздничная мечта? Как она на ощупь?» — отозвался хитрый Девятихвостый, все это время молча наблюдающий за происходящим и сдерживающий насмешливые реплики так долго, как это только было возможно. Похоже, он был свидетелем всей этой ситуации с самого начала, но не подавал виду.
«Заткнись! Почему я не восстанавливаюсь?» — резко ответил джинчурики.
«Ты уж определись, молчать мне или помогать тебе советами», — ответствовал тот оскорбленным тоном. А затем его голос в сознании заглушил грохот, с которым раскололась земля под ударом кулака грозной противницы.
Наруто отпрыгнул назад, продемонстрировав впечатляющий кульбит и на лету выхватывая меч. Он успел увидеть, как от того участка, где он только что стоял и куда пришелся удар Тсунаде, на несколько метров во все стороны расходится впечатляющих размеров воронка. В глазах разгневанной женщины, на чью гордость ненароком покусился наш герой, горели бешеные огни.
— Меч-бумеранг! – воскликнул Узумаки, выкидывая вперед свое оружие, которое, угрожающе закручиваясь гигантским сюрикеном, со свистом устремилось к Тсунаде сбоку, норовя нанести сильный порез ей в плечо, а потом вернуться в руку хозяина. Но в самый последний момент Избранник решил изменить тактику, схитрив на том, что название техники уже выдавало его прошлый план.
Стоило похвалить реакцию противницы. Она тотчас же отпрыгнула в сторону, и когда меч был совсем рядом, и Наруто появился подле него из красного сгустка молний, она была готова к быстрой серии ударов, которую он попытался ей нанести. В руках Узумаки грозное оружие вращалось быстро как пропеллер. Но опытная Тсунаде умудрилась избежать всех попаданий, нагнувшись назад, когда лезвия одно за другим просвистели над ее лицом, отпрыгнув, когда меч чуть не рассек ей ноги и отклонившись вбок, когда тот собирался разрезать ее на две равные половинки.
«Проклятье, она быстрая», — пронеслось в голове Наруто, которому достаточно было лишь капельки крови Тсунаде, чтобы обрести в бою преимущество. За эти годы он усовершенствовал технику, позволяющую ему наносить врагу раны через свое собственное тело. Теперь Узумаки не обязательно было чертить ритуальный рисунок кровью и оставаться в нем, чтобы техника работала. Эту функцию теперь исполняли татуировки в виде меток Джашина на ладонях, и ритуальное дзюцу можно было исполнять хоть на бегу, достаточно лишь капли крови жертвы. Но тот факт, что повреждения, полученные Наруто от первого удара неприятельницы еще не зажили, отбрасывал тень сомнения на целесообразность использования этой техники. Протыкать себя в такой ситуации было небезопасно. Разве что невероятно мощный удар Тсунаде, нанесенный по Наруто, мог бы навредить ей самой. Но стоило ли это жизни?
«Ты не восстанавливаешься», — заметил Курама, и теперь в голосе Биджу почувствовалось беспокойство.
«А я тебе о чем?! Что происходит, даттебайо?!»
Узумаки оказался с Тсунаде лицом к лицу, и та, не мешкая, нанесла новый удар, под который джинчурики поспешил подставить меч, чтобы избежать новых увечий. Атака вышла такой сильной, что сам Узумаки отлетел назад, а его оружие, вылетев из рук хозяина, плотно засело в стене одного из зданий. Убедившись, что просто так оружие оттуда не вылезет и не вернется в его руку, Избранник поймал себя на мысли, что подобное уже происходило во время его боя с Роком Ли.
«Давно ты выполнял жертвоприношения? Может быть, Джашин-сама на тебя обиделся?» — поинтересовался Девятихвостый, даже не подозревая, насколько прав.
«За кого ты меня принимаешь? Я совсем недавно проводил ритуал!» — возразил Узумаки мысленно.
«Так или иначе, почему-то Джашин-сама лишил тебя своего благословения. А поскольку моя печать – это его печать, мои регенеративные способности тебе тоже не помогут», — прорычал Кьюби.
Джинчурики посмотрел на противницу и понял, что сейчас находится в крайне невыгодном положении. Неизвестно куда пропавшее благословение Бога Крови значительно снизило его шансы на победу. Кажется, он в очередной раз влип. Но теперь действительно по-крупному.
— Техника теневого клонирования! – воскликнул Избранник Кровавого Бога, складывая печать и запуская к неприятельнице ораву собственных копий в белых плащах, чтобы выиграть время.
Та заняла устойчивое положение, и вскоре все клоны были раскиданы как котята и повзрывались облачками белого дыма. Последний клон, оставшийся в живых, заискрился красными молниями за миг до того, как мощная нога врезалась ему в живот, и вместо него появился настоящий Наруто с расенганом в руке, вновь ошеломивший противницу внезапным появлением и поразивший ее вращающейся голубой сферой прямо в живот.
Ту скрутило, от дзюцу Избранника женщина согнулась пополам, пока техника сверлила ее одежду и кожу, пытаясь добраться до внутренних органов. Но потом цепкие пальцы Тсунаде сомкнулись на запястье нашего героя и сжали его с такой силой, что техника погасла.
Узумаки увидел, как нанесенная им рана на животе Великой Неудачницы заживает на глазах. Неприятельница как будто насмехалась над ним, демонстрируя его главный козырь у себя в руках. Но когда Тсунаде начала восстанавливаться, маленький ромбик на ее лбу растекся по лицу красивыми черными узорами, и Избранник ощутил невероятно мощный напор чакры, переполняющей тело оппонентки.
Крутанув Наруто вокруг себя, женщина разжала ладонь и с яростным криком швырнула парня в один из домов, в стене которого тут же образовалась массивная вмятина. Узумаки выгнулся, с уст его сорвался сдавленный стон. Он почувствовал, как хрустнул, но не сдался позвоночник.
«Такими темпами она и правда меня прикончит, — пронеслось в голове Избранника, пока он сползал на землю. – Стало быть, по-другому никак».
Он закрыл глаза, концентрируя чакру в собственном теле таким образом, чтобы одно из восьми главнейших звеньев системы циркуляции открылось, освобождая на свободу энергию, заставившую его почувствовать заметный прилив сил.
— Первые Врата. Врата Начала. Откройтесь! – воскликнул он, выпрямляясь и вставая в стойку, в которой обычно переходил на следующий этап выполнения техники Восьми Врат. — Вторые Врата. Врата Исцеления. Откройтесь!
Открытие следующих врат заставило его забыть о боли, и теперь волю и движения жреца кровавого культа ничего не стесняло. К нашему герою постепенно начала возвращаться уверенность в своих силах. Но он не собирался останавливаться. Двух врат было мало, чтобы сравнять силы.
— Третьи Врата. Врата Жиз… — Узумаки так увлекся разгоном своей системы циркуляции чакры, что совсем забыл о Тсунаде, которая, естественно, не стала просто стоять и ждать, когда он завершит начатое. Ладонь грозной женщины врезалась ему в солнечное сплетение, а затем нечто вроде электрического заряда мгновенно свело все его усилия на нет. Тело оказалось парализовано.
— Нарушающий удар! – вскрикнула Тсунаде, а затем, не мешкая, схватила Узумаки за ворот плаща и, не мешкая, швырнула его в поднебесье. Тот, мало что соображая, уставился пустым взглядом в проплывающее перед глазами небо, а затем увидел чей-то силуэт с занесенной для удара ногой. – Болезненная небесная нога!
Единственной мыслью нашего героя было воспоминание о том, как на финальном туре экзамена на чунина он угрожал Саске одним движением прервать весь его род и разрушить все мечты в отношении возрождения клана. И сейчас в душе Избранника затрепетала надежда, что это поражение не станет расплатой за тот случай и за неосторожность жреца в этот вечер. В бессловной мольбе он глядел на приближающуюся пятку Тсунаде, пропитанную богатырской карающей мощью.
«Пожалуйста, только не туда!»

***



Мрачная дымка неизвестности рассосалась не сразу. Периодически вырываясь из нее в отрывистые воспоминания, Узумаки вновь безысходно падал обратно, будто в колодец, в который его некогда запихнул добрый дядюшка Хидан, и откуда мальчик долго не мог выбраться.
Вот он вновь был совсем мал и неопытен. Стены храма, ставшего таким родным, в то время еще не казались столь знакомыми. Как и люди, к которым юному Узумаки еще предстояло привыкать. Каждый в этом удивительном месте обладал своими странностями. Хидан матерился как сапожник и был невероятно жесток на изнуряющих юный организм Наруто тренировках. Рикото питала слабость к алкогольным напиткам и под воздействием пойла превращалась из скромницы в развязную особу. Шинджи всюду таскался с громадным рюкзаком, побрякивающим от оружия и походных принадлежностей. Это было так непохоже на Хидана, что у Наруто образ немого великана вызывал некий диссонанс, ведь наставник учил его обходиться малым и путешествовать налегке. И завершал список основного круга общения юного Избранника старик Юкимура, воплощение мудрости, явно зависимый от дурманящих трав и грибов.
Тот день, когда состоялся очередной сеанс аудиенции верховного жреца с Избранником, в кабинете Юкимуры опять висела едкая дымовая завеса, не спешащая рассеиваться из-за отсутствия в помещении окон и ковров на стенах и полу, которые не давали дыму соскальзывать по гладкой поверхности и уноситься прочь через щель под тяжелой железной дверью, которая, казалось, могла выдержать натиск целой армии. Юный Узумаки сидел и внимал словам старца, слушая и воспринимая каждой клеткой своего тела все его наставления.
Длинные волосы старика спадали на его уже хрупкие и высушенные старостью плечи и спину, скрытые белым плащом. Юкимура почесывал одной рукой седую бороду, касающуюся своим концом краешка стола. Несмотря на слепоту, старый мудрец вовсе не был ограничен в том, что люди привыкли делать в обычной жизни. Он вполне мог позволить себе бриться. Но борода была неотъемлемой частью образа верховного жреца, и лишь когда та начинала мешать ему, тот лихо отсекал ее часть ритуальным кинжалом. Второй рукой служитель Джашина придерживал трубку, которую покуривал, выдыхая облачка ядреного дыма, от которого Наруто иногда покашливал.
— Ты прочел свитки, которые я распорядился тебе передать, мой дорогой мальчик? – спросил старец, и Наруто, сидевшему по ту сторону стола верховного жреца, показалось, что незрячие глаза мудрого Юкимуры устремлены ему прямо в душу.
— Прочел, — подтвердил Наруто. – Мне очень понравилась легенда о Мудреце Шести Путей. И книга «Приди, приди рай». Только я ее совсем не понял. И не понял, зачем мне ее дали.
— Какая книга? Он дал ее тебе, а не Рикото? – в белых глазах старца появились ужас и недоумение. — Чертов библиотекарь, надо будет распять его за его невнимательность.
Он усмехнулся. То ли его позабавила получившаяся ситуация, то ли мудрец представил, как растяпа-жрец, заведующий библиотекой храма, хранящей весь запас знаний, не умещающийся в кабинете Юкимуры, принимает свое наказание на алтаре Джашина.
— Что ж, оно же и к лучшему, что не понял, — вздохнул Юкимура. – Ты пока слишком мал, да и есть куча других вещей, которыми следует занять твой разум.
— А еще у меня есть вопрос про историю о Первом Хокаге и Учихе Мадаре. Девятихвостый... Он и правда разрушил Коноху? Поэтому все меня так ненавидели? – спросил джинчурики.
Старик положил трубку и поднялся, жестом попросив Наруто подождать, а затем на ощупь пробрался к одной из книжных полок и начал рыскать там в поисках чего-то. Мальчик следил за его движениями и, поняв, что старик будет еще довольно долго копаться в поисках неизвестно чего, скучающе посмотрел на трубку, из чаши которой шла струйка дыма, становящаяся все тоньше и тоньше. Он настороженно посмотрел на старика, досадно кряхтящего и перебирающего свитки и книги руками, и не устоял перед нахлынувшим порывом любопытства. Взяв трубку, джинчурики выдохнул, после чего затянулся едким дымом, заставив маленький и уже тлеющий огонек в чаше курительного прибора вновь вспыхнуть. Он закашлялся и торопливо положил трубку на место.
Старик, не придавший этим звукам никакого значения, вернулся с чем-то вроде альбома. Усевшись обратно, он положил находку на стол, и Наруто, прекративший кашлять и чувствующий, как мир обретает непонятные краски и становится каким-то более загадочным, поспешил открыть альбом. Страницы были украшены аккуратными рисунками черными чернилами, изображающими моменты далекого прошлого. Перелистнув несколько страниц, Наруто обнаружил изображение Девятихвостого Лиса, чья морда смотрела прямо на него внимательными глазами.
— Нашел? Это я сам рисовал. С натуры, — сообщил Юкимура, нащупав трубку и вернув ее в зубы. Его незрячие глаза устремились куда-то в пустоту, а потом старец выдохнул новое облако дыма, обдавшее Узумаки непонятным теплом и заставившее его быстро заморгать. – Времена были совсем другими. И Девятихвостый был другим… Он существовал сам по себе, был свободен от людей. Тогда еще не было джинчурики. По крайней мере, среди простых смертных.
Проморгавшись, мальчик постарался не обращать внимания на головокружение, которое он начал испытывать, взяв в руки альбом. Он вновь посмотрел на Девятихвостого, аккуратно вырисованного черными чернилами на пожелтевшей от времени бумаге.
— Вы это нарисовали?! – переспросил Избранник у старика. – Как же давно это было?
— Лет сто назад. А может больше, — улыбнулся Юкимура. – Я тогда еще не был слеп. И меня больше привлекало искусство живописи, а не смерти.
Джинчурики удивленно посмотрел на старика, потом снова на рисунок. Кажется, дурманящий дым уже наводил свой порядок в его сознании и мыслях, и мальчику показалось, что выведенные чернилами линии и изгибы движутся. Так хвосты Курамы зашевелились, а вместе с ними даже шерсть, будто по ту сторону бумаги на зверя подул ветер.
— Ты ведь уже знаешь его имя, верно? Курама не злой. Люди использовали его в своих интересах, как вещь, — продолжил старец печально. – Сказание, прочтенное тобой, умалчивает о коварности Мадары, который подчинил его своей воле с помощью проклятых глаз… Но я был свидетелем того, на что был способен этот человек. В день, когда ты появился на свет, Курама тоже был под властью шарингана. И Коноху он уничтожил вовсе не по своей прихоти.
Узумаки промолчал, и тогда старик добавил:
— Люди склонны принимать для себя решения на основе того, что видят. Даже если это иллюзия. Они не вдаются в детали. Ты еще молод и не знаешь его так, как знал я. Он может казаться тебе чудовищем. Курама не злой, но обидчивый. И именно эта обида заставила его попытаться подчинить твое тело.
Джинчурики вспомнил недавний инцидент с колодцем и своей трансформацией в демона. Он недоуменно посмотрел на старика. Это и правда был не очень приятный опыт, но мальчик до последнего верил, что произошедшее было несчастным случаем. Он и подумать не мог, что всё это было продуманным планом Девятихвостого.
— Да, именно так и было на самом деле. Но Курамой двигала лишь его обида на человечество, — кивнул старец. – И не обижайся на него так же, как он обижен на людей. Попытайся понять его, и ты узнаешь того Девятихвостого, которого я некогда знал сам, будучи таким же мальчишкой, как ты. А ведь когда-то мы были с ним лучшими друзьями…
Узумаки медленно кивнул, решив, что раз мудрый старец смог простить старого знакомого, то так же должен поступить и он сам.
— Но, пожалуй, это совсем другая история. Как-нибудь в следующий раз, — закончил Юкимура. – Тебя ждут тренировки, не хочу, чтобы Хидан обрекал себя на гнев Джашина своими сквернословиями. Поспеши, мальчик, поговорим об этом позже.
Так Наруто и поступил. Выйдя из кабинета верховного жреца, мальчик вздрогнул. Под действием дурмана коридоры храма казались ему еще более жуткими, чем обычно. Юному Избраннику мерещились костлявые руки, появляющиеся из темных уголков и пытающиеся стукнуть его ложкой. А когда он вышел на улицу, мир оказался таким большим и насыщенным гаммой звуков, цветов и событий, что мальчик попросту залип на месте.
Лишь только когда ведро впечаталось ему своим ржавым днищем прямо в лицо, мальчик пришел в себя.
— Пиздюк, вёдра еблищем не ловят, — нравоучительно заметил Хидан и, поняв, что ученик, пуская слюни, таращится на него круглыми глазами с расширенными зрачками, захохотал. – Пиздец тебя плющит. Парами надышался, да? Бывает, когда у Юкимуры-сама подолгу сидеть.
Он почесал макушку и кровожадно улыбнулся. Его смех показался Наруто громом, расколовшим небеса с облаками, принимающими причудливые формы.
— От тренировки тебя это не спасет. Что встал, будто столб проглотил? Пиздуй к озеру, да вёдра не забудь!

***



— Охуеть! Спящая красавица очнулась, — знакомый голос разрезал пучину мрака беспамятства лучом света. И на сей раз голос учителя явно принадлежал настоящему, а не был эхом из прошлого. – Пиздюк, сколько пальцев я показываю?
— Один. Средний, — ответил Наруто еще до того, как открыть глаза. Разлепить веки ему удалось не сразу. И над собой он увидел обеспокоенные лица Рикото и Юкимуры, а также довольную физиономию Хидана.
— Видишь, Юкимура-сама, он в порядке, — улыбнулся наставник, и лишь глаза выдавали тень сомнения, которое Хидан редко когда испытывал.
— Ч…что произошло? – выдавил Наруто, оглядываясь.
Его обрадовало то, что родные люди были с ним рядом, но обеспокоили почти незнакомые очертания стен лазарета храма, где он практически никогда не был. Сейчас же Наруто ждали удивительные открытия. Рядом с его кушеткой стояла капельница, а к запястью, в котором ощущались иглы, вели трубки, через которые в его организм поступал непонятный раствор.
— Это она меня так?.. – выдавил Наруто, свободной рукой потянувшись к месту, которое беспокоило его больше всего перед тем, как он канул в забытье.
К счастью, там всё было в порядке. Тело больше не болело, разве что иглы в руке вызывали неприятные ощущения. Правда, в теле его ощущалась непонятная тяжесть и скованность, какой раньше не было. Такое обычно происходило, когда он слишком долго спал. А такое с плотным режимом тренировок случалось нечасто, даже по выходным.
— Это чудо, — растроганная Рикото утерла слезы и обняла Наруто, попытавшегося приподняться на кушетке. – И правда, желания в праздник исполняются.
Узумаки непонимающе заморгал. Такой порыв нежности со стороны фиолетововолосой жрицы был ему приятен, но отчего вдруг такая реакция? Он непонимающе посмотрел на верховного жреца, сидевшего рядом на стуле и почесывающего бороду. Его белые глаза выражали крайнюю обеспокоенность. Старик был так задумчив, что не обращал особого внимания на ругательства Хидана, а это тоже много о чем говорило.
— Пацан, тебя так отмудохали, что ты впал в кому, — констатировал случившееся наставник, поняв, что пора, наконец, прояснить ситуацию.
— Что? Какой сейчас год? – выпалил Наруто.
— Овердохуевый от Рождества Джашинова, — усмехнулся Хидан. – Расслабься. Почти два месяца постельного режима. Ты о таком раньше мог только мечтать.
— Что? Два месяца? – выдавил Избранник, ничего не понимая.
— Охуенно тебе, конечно. Из дня рождения в Новый год, блять! Ну, я если что думал, что ты навсегда останешься овощем, так что на сей раз без подарка, — прокомментировал добрый дядюшка.
Юкимура поднял руку, и Хидан тотчас заткнулся. Наконец, старик, хранивший все это время молчание, произнес:
— Случившееся меня очень беспокоит, мой мальчик. Ты потерял благословение Джашина-сама. И был на пороге жизни и смерти. Потребовалось много времени, чтобы залечить твои раны. Твое тело привыкло быть неуязвимым, и до сегодняшнего дня твой разум отказывался в него возвращаться.
Парень медленно кивнул. Ему было сложно переварить все, что он только что узнал.
— Я больше не бессмертен? Как так? – прошептал Узумаки, ничего не понимая. – Значит, я больше не Избранник?
В помещении повисло молчание, которое разрядило лишь появление Бенто, который вбежал в комнату и, вскочив на кровать и увидев, что хозяин очнулся, начал об него тереться, издавая радостные скрипящие звуки.
— Этот комок шерсти скучал по тебе, — усмехнулся Хидан. Даже его, кажется, растрогала эта картина.
— Это правда, — подтвердила Рикото, вновь утирая слезы. – Он верил, что ты рано или поздно очнешься.
— Рад тебя видеть, приятель, — Наруто нашел в себе силы улыбнуться и почесать кота за ухом.
«И я рад, что ты жив. Было бы паршиво привыкать к новому джинчурики», — прорычал в голове Наруто Курама, и Узумаки испытал облегчение.
«Как хорошо, что ты тоже здесь!» — отозвался Избранник.
«Можно сказать, я был в коме вместе с тобой. Даже старик Юкимура не мог до меня достучаться своими техниками. Да… Ну и встряли мы с тобой в этот раз», — ухмыльнулся Девятихвостый.
Старик Юкимура вздохнул и улыбнулся.
— Ладно, дела подождут. Праздник, в конце концов, и твое пробуждение, мальчик, нам всем отличный подарок. С Новым годом тебя!

BlackRaven
Каратель




 
Сообщения: 769
Откуда: С фикбука)

Сообщение BlackRaven » 07 янв 2018, 17:34

Глава 3. Новогодние чудеса
«Нехило они тут всё разукрасили», — усмехнулся Курама в сознании Избранника, когда тот, походив по храму, обнаружил, что не только помещения, но и коридоры украшены новогодними гирляндами и мишурой.
— Очень впечатляет, — пробормотал Наруто вслух, вызвав улыбку Рикото, которая вела его куда-то с загадочным блеском в глазах.
— Спасибо. Я старалась, — отозвалась фиолетововолосая жрица скромно, но радостно.
— Ты это одна сделала?
— Нет, конечно. Мне помогали почти все. Даже Хидан, представляешь? Юкимура-сама впервые позволил мне сделать такое с храмом. Он хотел вдохнуть в это место новую жизнь, ведь с твоей комой всем было не по себе… Да и от Шинджи до сих пор никаких вестей… Как ты помнишь, в былые годы никаких украшений не было.
— Угу, — согласился Узумаки, вспоминая, как холодно жрецы относились ко всем праздникам кроме дней рождения и религиозных событий. – Помню, старик Юкимура даже мою гирлянду из кишок выкинул, когда я обернул ею алтарь. А ведь хорошая была штука! Ради нее пришлось найти в деревне контракт и целый день разыскивать в округе тех…
Юки засмеялась, вспоминая эту историю. Ох и попало же тогда Избраннику! Но следовало отдать ему должное, он старался сделать всё по канонам джашинистов, принеся Богу Крови в жертву сразу троих нечестивых, причем весьма негуманным способом. Кто же знал, что тогда Юкимура лично очистил алтарь, который готовил для собственного юбилейного кровавого приношения божеству. Один лишь Бенто был рад, ибо именно ему пришлось избавляться от «мусора».
Узумаки сбился, потеряв нить повествования. Похоже, он еще не полностью восстановился после пробуждения. В животе предательски заурчало. Капельница с разными веществами, не только питательными, но и отборными растворами из трав Юкимуры, конечно, штука хорошая. Но он бы сейчас отдал свое бессмертие ради миски горячего рамена. Погодите-ка… Нечего было отдавать. Окрыленный атмосферой упущенного, но еще не забытого праздника, наш герой совсем позабыл о своей проблеме. Регенеративные способности, которыми он сильно отличался от обычных людей и даже от джашинистов, благословение которых позволяло им со временем исцелять любые раны, пропали. И сейчас наш герой пытался заново осознать, что снова смертен. В связи с этим помереть от голода представлялось еще более жуткой перспективой, и поэтому когда он вошел в зал, где был накрыт праздничный стол и уже собрались Хидан и Юкимура, душа Избранника готова была воспарить от счастья. Он увидел множество блюд, приготовленных, вероятно, также руками хозяйственной девушки наставника, среди которых были салаты, бутерброды, разнообразные рагу, несколько горячих мясных блюд и, конечно, огромная тарелка рамена, улыбающаяся нашему герою плавающей в ней рожицей из двух половинок вареного яйца и сосиской.
— Сюрприз! – воскликнула она громко, пропуская Наруто вперед.
Похоже, Юкимура и Хидан, спешащие разогреть и расставить всё что и как надо, не ожидали столь скорого появления Наруто и Рикото. Ведь согласно уговору, тот должен был быть на «экскурсии» еще минут десять. Старик выронил свою трубку и начал копаться рукой в салатнице, пытаясь ее нащупать, а Хидан выругался, чуть не опрокинув пиалу с саке, к которой уже успел приложиться. Бенто, свернувшийся колечком на телевизоре, появившемся в храме несколько лет назад, вздрогнул, и лениво открыл глаза.
— Золотце, нахуя так орать? – усмехнулся Хидан, взяв в руки пульт, нажав на кнопку включения. – Пиздюк, садись, пока не остыло. Мы тут не для того жопу рвали, чтоб ты всю эту красоту зрительно насиловал.
Поймав укоряющий невидящий взгляд Юкимуры, Хидан попридержал язык и, дождавшись, пока Рикото и Наруто сядут, снова несколько раз тыкнул пальцем в кнопку. Наконец, он снова не выдержал, и ударил пульт об колено, не забыв при этом наградить его парой ласковых:
— Блять, да как эта хуёвина включается?
Старый пыльный ящик включился не сразу. И когда зажегся экран, Наруто увидел на нем Теучи в традиционном одеянии Хокаге. Позади него виднелась Резиденция и Монумент с каменными лицами всех Пяти Хокаге Конохи.
— Мы тут специально для тебя его обращение записали, — пояснил Юкимура, прислушиваясь к словам, доносящимся из ящика, пока Хидан безуспешно пытался увеличить громкость.
Бенто тем временем свесился с телевизора и попытался дотянуться до шляпы Теучи лапой. К его удивлению, снять головной убор с изображения не получилось. Наконец, наставник Избранника возымел новый успех в противостоянии с пультом, и Наруто тоже услышал знакомый голос.
— Дорогие друзья! На пороге новый, 2018 год. Как Пятый Хокаге, хочу поздравить всех жителей Конохи и ее друзей с наступающим праздником. Уходящий год был тяжек, но подарил всем нам полезный опыт. Для Деревни Скрытого Листа он стал эпохой коренных изменений. Но наша деревня растет, экономика ее процветает, а порядок в селении теперь охраняет Раменный Патруль. Желаю в новом году мира… — увы, на финальной части запись оборвалась, и по экрану пошла рябь, и в следующий миг на экране вспыхнула совершенно другая картинка.
На нем высветилась раздевалка из горячих источников, где, гордо сверкая прелестями тела, друг к другу приближались две виляющие бедрами и полностью обнаженные девушки. Юкимура, перестав слышать голос своего старого знакомого, нахмурился, его смутила сменившая речь Теучи музыка. Видеть он, конечно, не мог, но заподозрил что-то неладное. Бенто, успев потерять интерес к шляпе Теучи, пока Хокаге толкал речь, вновь насторожился и потянулся лапой к аппетитной попе, попавшей в кадр крупным планом.
— Сука, совсем забыл. Извиняй, пиздюк, сообщение записалось не полностью, — выругался Хидан, метнувшись к телевизору и поспешно вырубая его вручную.
Рикото хихикала, явно зная, каким образом на запись попали эти сцены. Она прикрыла рот, чтобы не вызвать подозрений у Юкимуры, которому в свое время было непросто согласиться на осквернение храма телевизором. Хидан, преследуя ту же цель, машинально схватил кошака, и пока тот вырывался, царапая ему руки, вернулся на место.
— Там творческие неполадки были, — поспешно добавил он.
— Ну, ничего. Мне и так было приятно увидеть старика Теучи, — усмехнулся Узумаки, решив, что раскрытие тайны этой парочки будет равносильно предательству. – Спасибо вам всем, это прекрасный сюрприз.
Старик благосклонно вздохнул, избавившись от посещавших его подозрений, и произнес:
— Ешь, мальчик, а то остынет всё.
— А как налопаешься, пойдем разомнемся, — предложил Хидан, вспомнив, что тренировочные спарринги всегда воодушевляли ученика в отличие от прочих видов тренировок, к которым он привык не сразу.
Узумаки кивнул, достав из плаща подаренную ему в день рождения драгоценную ложку, и принялся за то, что доставило ему несказанную радость.

***



Брюнет усмехнулся, глядя, как кубики пару раз отскочили от стола и, несколько раз перевернувшись, остановились, показав на верхних гранях как раз то количество точек, что ему было необходимо для победы. Никто и не заметил как в глазах красавчика сверкнули красные огоньки, подсказавшие, как именно стоит бросить кости, дабы не попасть впросак. В глазах всех остальных Учиху Саске, а это был именно он, вела именно фортуна, не изменявшая ему никогда. Знающие его лично люди любили шутить, что удача Саске – полная его противоположность. И в чем-то они были правы, поскольку на одной щеке Учихи еще не остыл след от пощечины, а на другой уже красовался след от поцелуя. Вытирать помаду Учиха не собирался. Это дополняло его образ.
И когда Учиха вновь одержал победу и обменял выигранные фишки, он не смог уйти просто так. Будучи центром внимания местной публики, парень решил продемонстрировать фокус, поражавший умы людей, не ведающих, что такое дзюцу. Взяв последнюю фишку между средним и указательным пальцами, он обвел взглядом посетителей и посетительниц сего чудного заведения, после чего поинтересовался:
— Эта фишка хранит в себе мою удачу. Кто хочет получить ее в подарок?
Люди сразу начали шуметь, привлекая к себе внимание, поднимать руки, махать ему, даже свистеть. Но целью этого фокуса всегда должна быть симпатичная девушка. И, пожалуй, не стоит тянуть с тайной, почему.
Найдя свою цель, симпатичную блондинку в белой футболке до пупка, коротенькой черной юбчонке, Учиха улыбнулся ей, давая понять, что именно ей достанется заветный приз, после чего совершил взмах рукой, отвлекающий внимание зрителей от второй рукой, которой Саске сложил нужную печать. В следующий миг фишка исчезла из его руки, и вместо нее на ладони довольного фокусника появились тоненькие трусики. По дальнейшему поведению девушки, которая быстро свела ноги вместе, стало понятно, откуда Саске их взял.
Публика захохотала, зааплодировала, а Учиха выжидающе посмотрел на раскрасневшуюся девушку, которая искала взглядом, куда бы убежать. Он подошел к ней и, крутанув трусы на пальце, поинтересовался:
— Ну что, сама вытащить сможешь? Если покажешь мне, как, то верну это тебе.
Довольная улыбка Учихи скрывала то, что это был самый волнующий момент сего действа. Сейчас решалась судьба: либо кто-то схлопочет маленьким кулачком в нос, либо девушка воспользуется его предложением, и веселый вечер будет ему обеспечен.
Спустя некоторое время Саске уже бежал по улице со своей новой пассией, впрочем, не торопясь вернуть украденное. Та едва успевала за ним, держа Учиху за руку. Бежать ей явно что-то мешало. Но Учиха и не собирался устраивать своей новой знакомой марафон. В один миг он подхватил ее на руки и, прежде чем та успела что-то понять, прыгнул с ней на крышу высокого дома, где очень кстати был постелен плед и стоял скромненький для такого удачливого игрока букет.
— Невероятно, — прошептала блондинка, у которой от такого полета захватило дух. Видимо, с шиноби она встречалась впервые, и это было отчетливо видно по ее изумленному лицу и круглым голубым глазам.
Саске усмехнулся, довольный произведенным впечатлением.
— Новый год время волшебства, а чудеса только начинаются, — многообещающе прошептал он ей на ухо, после чего аккуратно положил девушку на импровизированное ложе и, оказавшись над нею, горячо поцеловал, заставив ту окончательно растаять.
В тяжелых случаях для обворожения красоток Саске приходилось прибегать к шарингану, и те проваливались в массу похотливых иллюзий, перед которыми не могли устоять. А он тем временем делал свое грязное дело. Но обычно это портило эффект, и сам Учиха терял всякое удовольствие от подобных утех. А на сей раз ему удалось очаровать эту девушку по-настоящему.
— Ммм, — сладко простонала та, когда тот ловким движением руки вытащил фишку, которая, впрочем, была вовсе не глубоко, и прикоснулся к тому, что уже явно готово было отдаться ему полностью.
Избавляться от одежды не было нужды, поскольку был прохладный вечер. Да и тратить на это время, когда желание уже так велико, Саске посчитал варварством. Поэтому он лишь приспустил штаны, помог себе рукой, толкнулся вперед, а затем начал двигаться, провоцируя красотку на томные вздохи.
Продолжалось это не слишком долго, чтобы кто-то успел их заметить, но никто из участвующих в этом акте любви не остался обижен. Учиха совершил последний толчок, максимально сблизившись с вздрагивающей под ним девушкой, и завершил дело, зная, что партнерша сейчас думает о чем угодно, только не о всех нарушенных правилах контрацепции.
— Я даже не знаю, как тебя зовут, — смогла вымолвить она спустя пару минут, отойдя от бури охвативших ее эмоций и впечатлений.
Саске, уже лежавший рядом, поглаживал ее плечо, любуясь прекрасным личиком и жалея, что сегодня видит его в первый и последний раз. В глазах его сверкнули хитрые огоньки.
— Меня зовут Наруто Узумаки, — произнес Учиха, улыбнувшись.
И коварство, затаенное в этой улыбке, так и осталось для его новой знакомой тайной. Ведь она не знала, что это обман, и Саске называет имя соперника, чтобы отплатить тому за нанесенный ему некогда позор.
Очень скоро наш герой уже был в совсем другой части города. Перед уходом он проследил, что с крыши можно самостоятельно спуститься даже обычному человеку без угрозы для жизни и, воспользовавшись тем, что «любовь на ночь» задремала, поспешил в гостиницу, вернее, хостел, надежно припрятав заработанные деньги.
— Сенсей, клан Учиха и вы можете мной гордиться, — гордо произнес он, входя в не самое чистое и просторное помещение.
Он ожидал застать учителя с женщинами или одного, бухого в хламину, но, к удивлению шиноби, Извращенный Отшельник напивался не один. Компанию ему составлял лысый великан в белом плаще, которого Учиха узнал с первого взгляда, ибо помнил, кто сопровождал того самого соперника, на которого Саске затаил обиду, во время экзамена на чунина.
— Шинджи? А ты тут откуда?
— Что ты сразу с расспросами пристал, Саске? – Джирайя, развалившийся прямо на полу, приложился к бутылке саке. – Ни здрасьте, ни добро пожаловать.
Учиха недовольно хмыкнул, закрывая за собою дверь. Окинув взглядом номер, он убедился, что новых посетителей так и не прибавилось. Это не самое роскошное место, где приходилось ютиться с прочими гостями деревни, не вызывало у Саске восторга. Даже не открывая Джирайе тайну его успешности в азартных играх, вполне можно было подыскать более достойное место. Но с одним Саске был согласен: здесь их никто не будет искать.
— И правда, — нехотя пробормотал он, садясь на пол и пожимая жрецу руку. – Рад тебя видеть спустя столько времени. Как поживают Наруто и Карин?
В этот миг в голове Учихи мелькнула мысль, а вдруг кто-то из его бывших все же стал искать Наруто Узумаки и нашел тот таинственный храм, чтобы выторговать алименты? Вдруг Шинджи приехал разобраться с Саске за его выходки? Впрочем, брюнет вполне был готов к такому повороту событий. Он много тренировался и освоил кучу вещей, которые не дадут так просто проиграть в поединке жрецу Кровавого Бога. Он готовился к реваншу с Наруто. И Шинджи не должен был стать помехой на его пути.
Миролюбивый кивок лысого великана развеял его подозрения. Похоже, он тут был совсем не для того. Мужчина что-то прожестикулировал, но Саске не изучал язык жестов, хотя в теории шаринган позволил бы ему сделать это довольно быстро.
— Говорит, давно не был дома. Карин вроде как в Суне теперь живет. А у Наруто, когда они прощались, всё было в норме, — перевел ему Джирайя.
— А почему ты не вернулся? – удивился Учиха.
Неужто жизнь в храме надоела немому великану, и он решил покинуть культ? Но всё оказалось куда прозаичнее.
— Всё из-за женщин, — с горьким пониманием пояснил Извращенный Отшельник. – Миссию он выполнил, но увлекся девушкой, которую повстречал по пути. А та его бросила. С горя ушел в запой, вот слоняется по деревням, остановиться не может. Неудивительно, с бессмертной печенью-то бухать как черт.
— Значит, вы нашли друг друга, родственные души? – не удержался Учиха.
— Не смейся, молодой еще, дурак. А для нас, стариков, такое уже травма. Кстати о травмах. Она его отдубасила знатно. И это возродило в нем воспоминания о бывшей. Та ему вообще язык как-то отморозила, тот отвалился, вот он и онемел, — поучительно поднял бутылку Джирайя.
Шинджи пожал плечами и, тоже приложившись к бутылке, откинулся на рюкзак, звякнувший от оружия.
Саске понял, что желания тусоваться со «стариками», пока учитель не протрезвеет, у него нет, и встал.
— Ладно. Я пока пойду поищу нам работу. Может, по пути в Коноху миссию выполним, — произнес он. – Бывай, Шинджи. Наруто при встрече привет передавай.
Не дожидаясь ответа, Саске вышел. Да, с девушками он общался прекрасно, а вот в таких случаях мог бы быть и повежливее.
— Молодежь, — вздохнул Извращенный Отшельник. – О, слушай, у меня тут книжонка моя новая завалялась. Интересно знать твое мнение…

BlackRaven
Каратель




 
Сообщения: 769
Откуда: С фикбука)

Сообщение BlackRaven » 19 янв 2018, 19:42

Глава 4. Пересечение путей

Вечер был тих и ясен. По крайней мере, здесь ветер бушевал не так сильно, как в горах, с которых тайком спустилась куноичи. Возможно, это было еще и из-за того, что она забралась в самую гущу леса, который скрывал еловыми лапами усыпанное россыпью звезд небо. И все же, воздух, пропитанный запахом хвои, был по-зимнему холодным.
— Ну, хотя бы снег-г-га т-т-тут нет, — стуча зубами, произнесла Югито, протягивая руки к уже не полыхающему языками пламени костру.
Действительно, накануне Нового Года в Кумогакуре выпал снег, который не спешил сходить и лежал толстым одеялом на крышах зданий и верхушках скал. Снег Нии не любила, как и дождь.
А лес девушка, наоборот, очень даже любила. Именно поэтому она и выбрала себе это укрытие, которое уже давно оборудовала под отдых от Райкаге с неустойчивой психикой и надоедливого Киллера Би.
Здесь было обложенное несколькими рядами камней костровище, укрытый листьями папоротника запас дров, а также шалаш, самостоятельно построенный куноичи из палок, веток и коробок. Он был небольшим, но уютным, учитывая, что Югито не была особо требовательной к пространству и обычно лежала внутри, свернувшись калачиком на самостоятельно оборудованном спальном месте, куче шкур и всяких тряпок. На них было теплее и мягче.
«Ты вся дрожишь, даже у меня тут всё трясется! Чего огонь снова не разводишь? Простудишься же, дуреха!» — прорычала обеспокоено Мататаби.
Услышав голос Двухвостой Кошки, Югито улыбнулась. Ей казалось, холод усыпил ту в ее сознании, и одной Нии становилось довольно одиноко. Нет, она не очень любила толпы людей, предпочитая укрываться от тишине… Ну, за исключением тех ситуаций, когда у блондинки было задорное настроение, и ей хотелось пошалить. Но общение с Двухвостой Кошкой, ставшей ее лучшей подругой, было Югито необходимо. И когда та уставала от озорной джинчурики и затихала, лишь изредка сотрясая ее разум своим громким мурчанием, Нии чувствовала себя покинутой.
«Тебе с твоей огненной шкурой поди в самый раз будет. Хочешь на прогулку?» — мысленно предложила Нии.
«Нет уж, мне и тут хорошо. А если согреешься, еще лучше станет», — отказалась Мататаби.
«Не ты ли всегда упрекаешь меня в недостатке терпения, Мат? Нет, с таким делом торопиться нельзя! Это только всё испортит!» — усмехнулась Югито, глядя на красные угольки и протягивая руку к маленьким шампурам, закрепленным над ними на специальных подставках.
Она взяла один шампур, похожий на длинный сенбон. На него было нанизано три маленьких, к счастью, еще не обугленных тушки, вызвавшие бы у простого человека рвотные позывы. Но Югито посмотрела на свой ужин с удивительной нежностью, после чего, лизнув один из «шашлычков», подцепила его зубами, сняла с шампура и начала жевать, с наслаждением прикрыв глаза.
— М-м-м. Какой вкуфный мыфонок! – с набитым ртом произнесла она, поняв, что мышонок был хоть и вкусным, но до ужаса горячим. – Фы чувфтвуеф, Мат? Фафлык удался!
«О да», — согласилась та, прислушиваясь к доходящим до нее вкусовым ощущениям, которые испытывала джинчурики.
— Хвоффики фамые вкуфные! – Югито, которую ничему не научил горький опыт, покончила со вторым мышонком, а потом и с третьим, и вовсе обожгла себе рот. Впрочем, для повелительницы огня это были мелочи, такое у нее проходило быстро. Проглотив еще лакомый кусочек, она отложила шампур в сторону и потянулась ко второму, на котором доваривалась тушка повнушительнее, с длинным хвостом. Такую за один присест не проглотишь, поэтому, сняв хорошо прожаренную крысу с металлического прута, Югито взяла его в руки и с наслаждением вдохнула дымок.
Она пошевелила челюстями, вспомнив, что доела не всё, и что-то мешается, но перед крысой на углях устоять было попросту невозможно, поэтому Югито выплюнула еще не до конца обглоданную маленькую черепушку в костер. Та полыхнула синим пламенем и, угодив в угли, зажгла их с новой силой, будто кто-то подлил в огонь бензина.
Восхищенно взглянув на получившуюся вспышку, та довольно усмехнулась и, прежде чем приняться за крысу, решила:
— Назову эту технику «огненным харчком».
Вкус у особо крупной добычи был и правда отменным. Но в ее родной деревне вряд ли кто-то оценил бы ее по достоинству. Райкаге не радовался подаркам Югито, как не радовался и Би.
Закончив с ужином и хорошенько обсосав пальцы, светловолосая куноичи залезла в шалаш и, свернувшись калачиком и укрывшись шкурой, стала глядеть на танцующие языки пламени, пока потрескивание огня и шуршание веток не усыпили ее.

***



— Налетай, пиздюк. Я инвалидам фору даю! – усмехнулся Хидан, направив на своего ученика трехлезвийную боевую косу.
Узумаки принял предложение Хидана «размяться» после застолья, и сейчас два жреца, скинув с себя плащи, готовились к тренировочному бою, крутясь друг вокруг друга перед величественным храмом. Было прохладно, учитывая высоту, на которой обосновались последователи Кровавого Бога, однако зима в Горячих Источниках, в относительно теплом краю, была довольно мягкой. По крайней мере, в этот раз, взглянув на живописные просторы, раскинувшиеся под горами, Наруто не увидел снега.
Избранник не стал обижаться на колкое замечание Хидана, давно привыкнув к тому, что наставник остёр на язык. В чем-то жрец был прав, после выхода из комы наш герой чувствовал себя овощем. И лишь тренировка могла вновь вернуть его в форму.
Он ринулся вперед, награждая учителя серией ударов. Тот ловко отскакивал назад или подставлял оружие, когда увернуться не представлялось возможным. В результате ни одно лезвие древнего меча так Хидана и не задело. Довольный тем, что ученик демонстрировал неплохую скорость для только что вернувшегося из комы человека, Хидан перешел в контратаку. Однако, даже похвала из уст учителя не могла обойтись без едких замечаний.
— Позор на мою блядскую седую голову. Давай реще, пиздюк. Будь резким как понос!
Узумаки кивнул, принимая пожелания учителя к сведению. Совершив замах, наставник собрался атаковать сверху, но в последний миг хитро изменил траекторию удара, так, что лезвия боевой косы понеслись к джинчурики сбоку, описав любопытную дугу в воздухе. Тот не растерялся и, подставив под удар меч, оттолкнул оружие вбок, после чего прыгнул на Хидана и ударил его двумя ногами в грудь. Тому пришлось сделать несколько шагов назад, чтобы не упасть, а Узумаки, воспользовавшись этим, бросил вперед меч, который, закрутившись разрезающим воздух диском устремился прямо в жреца. Тот отскочил вбок, пропуская оружие мимо себя и бросился на безоружного джинчурики. Но в последний миг тот растворился в сгустке красных молний и появился там, где был меч, поймав рукоять и сжав ее в руке.
— С чакрой вроде всё в порядке, — пробормотал Наруто, отметив, что использование Полета Бога Крови удалось на ура.
— С меткостью тоже, хули, — заметил Хидан. – Раньше ты промахивался. Помню, вон с того обрыва на скалы пизданулся. Блять, я тогда так ржал, что чуть следом не наебнулся.
Узумаки усмехнулся, вспомнив, что такой случай действительно имел место пару лет назад. Надо признаться, на оттачивание Полета Бога Крови ему потребовалось немало времени. Воспользовавшись тем, что Хидан тоже погружен в воспоминания и по-идиотски ржет, вспоминая, как ученик расшибся о скалы, джинчурики вновь швырнул в него меч. Пока тот пришел в себя и в последний миг отразил снаряд в сторону, заставившись тот воткнуться в землю, Узумаки сформировал в обеих руках по голубому шару из вращающейся чакры и ринулся вперед, готовясь поразить наставника техниками.
— Двойной расенган!
— Чё, блять? – выдавил Хидан, когда ученик был уже прямо перед ним, и от техники было практически невозможно увернуться. Ему еще не доводилось видеть, чтобы джинчурики создавал два расенгана разом. Неужели он тренировался этому тайно?
В последний момент жрец пустил чакру к ногам и оттолкнулся от земли, эффектным кульбитом перелетая через Узумаки и с феерической ловкостью награждая его пинком в спину. От такого толчка джинчурики запнулся и, потеряв концентрацию, утратил контроль над расенганами. Как только те погасли, Узумаки упал, впечатавшись прямо лицом каменистую землю. Хидан успел приземлиться на ноги и пронаблюдать этот момент, что спровоцировало новый приступ истерического хохота и ругательств, замещавших в его лексиконе междометия.
Когда джинчурики встал, из носа, который он чудом не сломал, сочился ручеек крови. Вдобавок к этому, у него кровоточила губа и виднелась большая ссадина на щеке. Видя оскорбленное выражение лица Избранника, Хидан еще разок громко орнул, а потом затих, со вздохом опуская косу.
— Ладно, хватит с тебя и расшибленного еблища, — решил он. – Кромсать тебя в капусту, зная, что теперь так можно будет сделать только раз, будет нихуя не весело. Да и Юкимура-сама мне за такое очко порвёт. А Рикото кастрирует ледышками.
Узумаки печально кивнул, почувствовав, что боль никуда не делась. Значит, его раны по-прежнему не затягивались. Он попытался вытереть кровь, но ничуть не помог делу. Несколько капель уже успешно скатились на подбородок, а вскоре окропили землю.
— Бля, что-то я переборщил. Пойдем, умоешься, — предложил Хидан, кивнув на озеро внизу, некогда бывшее колодцем.
Избранник решил, что это хорошее предложение, и вскоре они уже спускались вниз. По пути учитель достал из плаща салфетки и, протянув ему их, чтобы снова вытереть кровь и заткнуть ими кровоточащий нос. Также Хидан не удержался от замечания, что лучше ученику не спрашивать, что делают салфетки в его плаще, ведь раньше учитель на удивление строго подходил к тому, чтобы всегда быть налегке. Даже пачка жвачки в кармане, которую хорошо бы носить с собой, могла вызвать его замечания по этому вопросу.
— Ну и как мне теперь тебя пиздить? – страдальчески вздохнул жрец, почесывая затылок. — Надо бы исправлять эту поеботу. Тебе даже Бенто жопу сейчас надерет!
— Знать бы как, — отозвался Узумаки, разделявший мнение наставника. Осознание собственной уязвимости тяжелым грузом ложилось на все его прочие мысли и сильно ограничивало возможности.
— Юкимура-сама предположил, что ты каким-то хуем разгневал Джашина-саму, — пробормотал Хидан. — Ты пиздецки долго не делал жертвоприношений, давай девственницу зарубим. Впрочем, теперь и ты сгодишься.
Избранник несколько оскорблено отвернулся, поправляя салфетки в носу, но ничего не ответил на новый приступ ржача. Если бы он не был посвящен в тайну Джашинистов, то вполне смог бы поверить, что бессмертие Хидану обеспечивает его смех, вызываемый его же шутками.
— Сколько воспоминаний… — пробормотал жрец, глядя на озеро, пока Наруто умывался, избавившись от салфеток. Взгляд его пал на отражающуюся на глади воды луну. От легкой ряби изображение слегка прыгало и то размывалось, то снова приобретало четкие контуры. – Пиздецки красивое место, кстати говоря, а всё благодаря тебе.
— Тебе, — поправил его Наруто, напомнив о произошедшем. – Это ты спровоцировал меня взорвать тот колодец… Нас спровоцировал.
— Кстати о нем, Коврик что об этом думает? – поинтересовался учитель.
«Думает, что если продолжит называть меня Ковриком, бессмертие ему не поможет», — прорычал в голове Наруто Курама, который все это время прислушивался к их беседе, не подавая голосу.
— Он с тобой согласен, — улыбнулся Наруто, поднимаясь.
Теперь он выглядел куда лучше. Хотя легкая припухлость лица могла вызвать у других служителей храма некоторые вопросы. Джинчурики задумался.
— Кстати, когда я лежал в коме, я вспомнил свою старую беседу со стариком Юкимурой после этого случая. Он как-то обмолвился о том, что они с Курамой когда-то были друзьями. Он обещал мне рассказать больше, но мы оба об этом позабыли. Ты об этом что-нибудь знаешь? — вспомнил он. Наруто обращался к учителю, но также дал понять и Девятихвостому, что был бы рад выслушать эту историю.
— Дружил с Ковриком? Лично? – удивился Хидан. – Ну, может и так. Юкимура-сама – человек открытый, но о прошлом его все знают мало. Я даже не знаю, как именно он ослеп.
«Увидел бабушку Учихи Мадары голышом», — прорычал Курама, заставив Наруто поперхнуться водой, которую он зачерпнул в руки и уже почти сделал глоток.
«Не шутишь? Может, расскажешь мне побольше о вашем с ним прошлом?» — подумал Узумаки.
«Не сегодня, — отозвался Девятихвостый, разочаровав нашего героя. – У вас есть дела поважнее. Вон ваши «девственницы» для обряда!»
И правда, вдали кто-то появился. Но это были вовсе не те, кого ожидал увидеть наш герой после замечания Демона-Лиса. Группа пьяных мужиков, судя по всему, обычные бандиты, подталкивая вперед испуганную девушку, вышла к берегу озера. Та была слишком испугана, чтобы сопротивляться. Наруто и Хидан переглянулись, и в глазах их сверкнули искорки. Сегодняшняя ночь обещала подарить Кровавому Богу много горячей крови.

***



Коноха была примерно такой же, как и в той части новогоднего обращения, что Хидан и Рикото не успели записать. За последние пять лет с Теучи во главе деревня заметно выросла и населения в нем прибавилось. В целом, это место так и осталось оживленным центром жизни, которая не стихала даже ночью. Круглая луна и звезды, знающие и об уснувшей Югито в лесу, и о приключениях Наруто и его наставника, и о похождениях Саске, ярко светили на небе, вторя уличным фонарям. Свет их падал на каменные лики пяти величайших шиноби Конохи.
Да, даже последний из Хокаге, Теучи, успел отслужить поваром и немало помочь бойцам Скрытого Листа в ходе давней Третьей мировой войны. Впрочем, он также был последователем культа Джашина, бессмертным воином. И пусть дрожат от ужаса и молятся те, кому когда-либо придется узнать, на что способен Пятый Хокаге и как он яростно орудует скалкой.
Коноха тоже уже сбросила недавний покров снега. Новый год благополучно остался позади, и лишь только самые заядлые алкаши, не торопившиеся выходить на работу, да детишки, которым еще предстояло несколько дней отдыхать, а не идти в школы и Академию, все еще испытывали радость от прошедшего праздника. Шиноби и прочие работяги вернулись к своим повседневным делам. Впрочем, кое-кому не посчастливилось работать и ночью.
В тот момент, когда заведение с ярко горящей и пропиаренной везде, где было можно, вывеской «Ичираку Рамен» готовились покинуть последние посетители, освободив работников от их участи поваров и официантов на сегодняшнюю ночь, дверь отворилась, и к стойке ресторана кто-то подошел.
За стойкой стояла девушка в белоснежном кимоно, перевязанном розовым канатообразным поясом с впечатляющим бантом позади. Волосы ее тоже были розового цвета и были собраны в конский хвост на макушке. У нашей героини была неплохая фигура, и впечатление портила разве что не столь пышная, как хотелось бы, грудь. Так казалось издалека, при особенностях местного освещения. Но, подойдя ближе, посетитель вздрагивал, понимая, что у работницы ресторана бледная, почти белая, кожа и пронзительно-желтыми глазами с вертикальными зрачками.
— Свободная касса, — прошипела Сакура, с ненавистью уставившись на нового посетителя Рамен Ичираку.
Ей предстала светловолосая пышногрудая женщина, которую Харуно, немало повысившая свою эрудицию за прошедшие годы, узнала сразу, хоть вживую эту особу никогда и не видела. Тсунаде Сенджу, печально известная джашинистам, спустя десятки лет вернулась в Коноху.
Сакура на миг изумленно открыла рот, демонстрируя выпавший оттуда длинный язык, после чего сощурила глаза, внимательно рассматривая женщину, которая, вернувшись из давнего странствия, зачем-то явилась именно сюда. Та тоже замерла, разглядывая кассиршу и будто узнавая в ней что-то.
— Девочка, человек по имени Орочимару часом не твой папа? – усмехнулась та, чем ничуть не задела Сакуру, привыкшую к замечаниям в адрес своей внешности.
— С возвращением в деревню, Тсунаде-сама. Будете что-то заказывать или подсказать Вам, где найти Хокаге? – проигнорировав замечание, сказала она, вернув себе напускной вежливый тон.
Та смерила ее странным взглядом, после чего оглянулась через плечо и посмотрела, как за последним посетителем закрывается дверь.
— Не стоит. Вообще-то, я ищу тебя, Сакура Харуно, — произнесла Великая Неудачница, чем ввела девушку в ступор.
Сакуре польстило то, что Тсунаде знает ее по имени. Но зачем она ей? Неужели эту легендарную воительницу сподвигло вернуться в деревню что-то, как-то связанное с ней?
— Достань нам чего-нибудь промочить горло и садись, — улыбнулась пышногрудая блондинка, довольная произведенным впечатлением. – Я к тебе по делу вообще-то. Я много странствовала по миру и прослышала о твоих алхимических способностях. Думаю, мы можем помочь друг другу.
Харуно медленно кивнула и проводила Тсунаде взглядом к ближайшему столику, за который та уселась, выжидающе уставившись на нее. Куноичи пожала плечами, открыв холодильник, достала оттуда откупоренную бутылку вина, к которой сама прикладывалась по перерывам, и вместе с ней и двумя бокалами проследовала к столу.
— Вид у тебя измученный, — пробормотала Тсунаде, вглядываясь в Харуно, пока та наливала вино. – И ты бледная как смерть.
— А вам бы душ принять и причесаться, — огрызнулась Харуно, услышав, как опасно щелкнули костяшки пальцев на правой руке Сенджу, когда та сжала кулак.
Впрочем, вместо того, чтобы разрушать всё на своем пути, та взяла бокал и осушила его, после чего, расслабившись, откинулась на спинку стула.
— Я слышала, что с тобой сделал Орочимару, — пробормотала Великая Неудачница. – Подлый был засранец, многим за свою жизнь насолил. И даже перед смертью оставил кучу подарков.
— На самом деле, он действительно сделал мне подарок. Подарил силу и стремление стать сильнее, — заметила Харуно, отпив вина и облизнув губы длинным языком. Свободной от бокала рукой она слегка оттянула кимоно и, наклонившись вперед, продемонстрировала Тсунаде проклятую метку на своем плече. – И благодаря ему я стала искать знания, из-за которых и стала известна Вам.
— И что же ты, такая крутая и сильная куноичи, забыла в этом месте? – усмехнулась Великая Неудачница, немало удивленная тем, что Сакура не жалуется на жизнь, а, наоборот, превозносит то, что сделал с ней Орочимару.
Розоволосая девушка сощурила змеиные глаза, и они сверкнули злыми искорками. Похоже, теперь Тсунаде попала в яблочко.
— Работаю, не стройте из себя слепую, — прошипела она язвительно и посмотрела в свой бокал, разглядывая в красном вине собственное отражение. – Своей политикой Пятый Хокаге навел мир и порядок в Конохе и ее окрестностях. Миссий мало и платят за них гроши. Зато везде этот поганый рамен. И продается он замечательно.
Сенджу усмехнулась. И правда, везде, где она была, ей встречались филиалы Ичираку. Даже в Деревне Горячих Источников. Впрочем, согласно некоторым источником, он был там довольно давно, еще до назначения Пятого Хокаге.
— У тебя проблемы с деньгами?
Сакура кивнула.
— Платят тут хорошо. Но я уже давно живу одна. Жить у Анко-сенсей мне больше не позволяет совесть, приходится снимать жилье. А аренда у нас в Конохе недешевая, — пояснила она.
— Да… Знаю я, что такое денежные трудности. Ну а семья у тебя есть? – протянула саннин.
— Есть. Но когда я увлеклась экспериментами, родители подумали, что я синтезирую наркоту, и вышвырнули меня из дома, ссылаясь на странные запахи реактивов и мое необычное поведение, — ухмыльнулась Харуно. – Так что днем я тренируюсь и выполняю задания, если они есть, плюс экспериментирую. А ночью работаю здесь.
— Бедняжка, — вздохнула Тсунаде сочувственно, пододвигая к себе бутылку, задумчиво глядя на бокал, а потом решительно выпивая прямо из горла. Похоже, история Сакуры ее растрогала. – А ты правда синтезируешь?
— Ну так, бывало пару раз, — отозвалась Харуно, тоже делая новый глоток и решив, что скрывать правду, раз уж у них зашел такой разговор, не стоит. Она хихикнула, впрочем, в процессе этого издав снова какой-то шипящий звук. – А как мне иначе бодрствовать двадцать четыре на семь? Амфетамин реально помогает.
Тсунаде округлила глаза, не зная, шутит ли Сакура или нет. По лицу Харуно, которое мгновенно снова стало серьезным, распознать правду было невозможно.
— Занятно. Орочимару был силен в биологии, а ты у нас, значит, в химию подалась… Что ж, тогда расскажу и я свою историю… — затянула Сенджу.
Следующие полчаса Сакура слушала о похождениях Тсунаде по разным странам и деревням, о том, как везде ее преследовали неудачи, как она влипала в истории и новые долги. И отдельной темой стала несчастная любовь.
— Дан, которого я любила, давно умер, и я понимала, что надо двигаться дальше. Что сказать, Джирайя меня в некотором смысле привлекал. Но ты же слышала, он алкаш, транжира и извращенец!
Сакура закатила глаза, подумав, что от упомянутого Извращенного Отшельника, учителя Саске, ее новую знакомую отличает лишь отсутствие последнего качества.
— Но месяца три назад повстречала я мужчину моей мечты. Это был шиноби, выполнявший миссию там, куда я забрела по сущей случайности! Он был заботлив и красив. О, ты бы видела, как блестела на солнце его лысина! Как перекатывались мышцы под его кожей. Единственное, он был немым… Но это сущие пустяки, — продолжала между тем Тсунаде.
Харуно поняла, что по всем параметрам, пусть и с эмоциональными приукрашиваниями Великой Неудачницы, в которой еще не остыл огонь любви, описываемый ей идеальный мужчина – это Шинджи, жрец из храма Джашина, которого сама Сакура смутно помнила со времен экзамена на чунина, когда Коноха узнала о том, что Наруто Узумаки жив, и предоставила ему шанс показать себя. Вслух она ничего не произнесла, с легким отвращением наблюдая, как Тсунаде мечтательно поигрывает пальцами по бутылке и глядит в потолок, вспоминая прочие детали. О, это чувство влюбленности. Самое противное, что можно наблюдать со стороны, чувствуя растущую в твоей душе пропасть одиночества.
— Но как-то дело дошло до постели, мы изрядно выпили, повалились и не стали включать свет. И знаешь, что он сделал? Случайно, наверное, но…
— Сунул Вам не туда? – предположила Сакура, вспомнив глупую песню, которую однажды случайно поставила клиентам ресторана по радио и даже не предполагая, насколько права.
— Именно! Ну, представляешь мои ощущения, да? Неудача постигла меня даже там! Ну, я ему и вломила. Он пробил собой стену, поломал все рёбра, но вскоре оклемался. Так я узнала, что он шиноби непростой, а бессмертный благодаря культу крови, которому служит, — пояснила Тсунаде. – Вроде пустяк, я его быстро простила бы. Но он ушел, подумав, что наши пути разошлись навсегда…
— Какая грустная история, — пробормотала Сакура с легким сарказмом, пряча злорадную улыбку.
— Я решила, что обязательно его отыщу. Отправилась в Деревню Горячих Источников, нашла там кого-то из храма, куда мне настоятельно советовали не подниматься, и узнала, что суженный мой домой так и не вернулся. Ну, думаю, вернется, подожду. Неделя проходит, а его всё нет… — Тсунаде вновь приложилась к бутылке, утирая скупую женскую слезу. – Я запила, снова стала играть и проигрываться в казино. И потом повстречала одного парнишку. Кстати, чем-то похож на Четвертого Хокаге в юности, — она кивнула на каменный лик героя прошлого, который можно было увидеть из окна. — Милый такой, добрая душа. Уже не помню, как всё дальше было, сильно пьяная была. Кажется, он ко мне приставал, ну я его и отдубасила. Проснулась в какой-то канаве, поплелась в казино, проиграла там всё, что нашла по дороге. Дальше меня тоже преследовали одни неудачи. И я поняла, что пора завязывать.
Она взяла паузу и выразительно посмотрела на Сакуру, которая начала подозревать, что тот, кому та надавала тумаков – не кто иной, как Наруто Узумаки, прославленный своим выступлением на экзамене на чунина сын Четвертого Хокаге.
«Мда, вот так пересечение путей», — подумала она.
— Я слышала о твоих талантах, Сакура Харуно. Ты разработала инновационные пилюли для шиноби без побочных эффектов. Придумала новый рецепт рамена для похудения. И спасла сотни жизней от жопотита!
Харуно вновь удивилась. Неужто Тсунаде знает о всех ее подвигах?
— Ты приготовишь мне Эликсир Удачи! А я взамен помогу тебе с косметическими техниками, чтоб мальчики стороной не обходили. А жить можешь у меня, у меня в Конохе особняк свой есть. Оборудуем тебе лабораторию. Вари там мет, выращивай все, что тебе нужно, хоть реактивами упивайся. Ну что, по рукам?
Девушка вздохнула. Идея Великой Неудачницы показалась ей сумасшедшей, но от возможности бесплатно жить в роскошном особняке в кризисном положении, в которое она попала, было еще большим безумием.
— По рукам, — прошипела она, пожимая крепкую руку воительницы прошлого.

BlackRaven
Каратель




 
Сообщения: 769
Откуда: С фикбука)

Сообщение BlackRaven » 17 фев 2018, 13:05

Глава 5. На поиски бессмертия

Наруто проснулся, чувствуя, как эффект вертолетов еще не прошел окончательно. Впервые за его не столь долгую жизнь у него болела печень. В горле пересохло, и сейчас Узумаки убил бы кого угодно за глоток прохладной воды.
— М-м-минералочки, — прохрипел он, открывая заспанные глаза с заметным трудом и протягивая дрожащую руку к фигуре, которую увидел перед собой.
— Хидан, ты совсем офигел? Совсем споил мальчика! – фигурой оказалась Рикото, не сразу обретшая четкие контуры. Забыв о свойственной ей манере вежливости и скромности, фиолетововолосая девушка наградила развалившееся у ее ног тело пинком, и Хидан, а это был именно он, скрючился, изрыгая гору ругательств.
— Солнышко, разве так, блять, любимых будят? – выдавил тот, с трудом доползая до кровати и рывком поднимаясь на нее. Почему-то жрец предпочел спать лицом в каменный пол. Видимо, комфорт в момент засыпания не был одним из его приоритетов.
Впрочем, и сам Узумаки обнаружил себя на письменном столе. Подушкой ему служил Бенто, который от пробудивших его диалогов недовольно зарычал и выскочил из комнаты, заставив голову хозяина стукнуться о деревянную поверхность стола.
— Любимых, пьянь ты подзаборная? – возмутилась та. – Да ты мне даже глоточка не оставил!
— Это тебе на пользу, родная, — заявил Хидан. – А то вон пиздюка своей раскрепощенностью смущать начинаешь.
Узумаки сглотнул. А ведь наставник в чем-то был прав. Когда Рикото набухивалась до такого, что превращалась из нежной скромницы в крайне откровенную особу с эротизмом мозга третьей степени, Избраннику становилось как-то не по себе. Достаточно вспомнить, как натерпелась Карин от фиолетововолосой жрицы, стоило той назюзюкаться.
— Ой, я как-то об этом никогда не думала. Наруто, прости, я действительно веду себя так непристойно? – покраснела Рикото и посмотрела на вставшего со стола Узумаки, который чуть не грохнулся, промахнувшись ногой по тапку.
— Нет-нет, что ты. Всё здорово, — отозвался Избранник. – Просто в этот раз мы с Хиданом были слишком разочарованы жизнью, чтобы звать тебя с собой и отягощать ненужными заботами.
Девушка нахмурилась.
— Это как-то связано с пальцами, которые я нашла в холодильнике? – она уперла руки в бока и повернулась к Хидану, недобро уставившись на него изумрудными глазами.
— Ну, видишь ли… Мы принесли в жертву Джашину каких-то ублюдков у озера. Ритуал не вернул пиздюку его благословение. И тогда мы решили, что Джашину недостаточно крови и боли этих пидорасов. Тогда мы стали отрезать им пальцы. Я на руках, пиздюк на ногах. И пользовались мы не косой и мечом, а твоими ножницами для маникюра, — пояснил Хидан.
Жрица успокоилась. Это ответило на многие ее вопросы. Узумаки, после того, как наставник озвучил предысторию их попойки, тяжело вздохнул.
— Увы, это ничего не изменило. Я так же смертен. Мои раны не затягиваются.
— Ну а потом мы нахуярились, — закончил за него Хидан.
— Знаете, что? Именно по этому поводу меня к вам в такую рань и послал Юкимура-сама, — вспомнила Рикото. – В Стране Молний, недалеко от Деревни Скрытого облака есть лес, в котором растут удивительные травы. Юкимура перечита… перещупал всю библиотеку и вроде бы нашел рецепт зелья для техники, которая может помочь.
Узумаки удивленно вылупился на Юки.
— Да пиздит он всё, ему просто снова шмаль забористая нужна, — гоготнул Хидан. – Да и куда мы с пиздюком, таким уязвимым, потащимся? А вдруг на нас метеорит упадет? Или он на страшилу Тсунаде опять нарвется? Хули тогда храму делать без Избранника?
Девушка пожала плечами.
— Лучше обсудите с ним это сами, — протянула она и добавила. – И идти вам вроде бы не придется. Юкимура послал весточку в Кумогакуре, наш агент оставит в лесу печать для пространственной техники Наруто.
Хидан поднялся с кровати и сразу потянулся за косой, на кончике лезвия которой еще висело чье-то ухо.
— Вот так бы всегда. Хоть какая-то теперь от тебя, пиздюк, польза будет. Значит, и собираться особо не надо, — усмехнулся жрец. – Значит, телепортнемся, нарвем Марьиванны, и обратно. Даже таможня щупать не будет!
Узумаки глянул на наставника, говоря взглядом «как будто тебе долго собираться». Известным фактом было то, что Хидан любит путешествовать налегке.
— Но к старику мы все же заглянем, — решил Узумаки.
Сейчас связь с Богом Крови была такой слабой, что Узумаки уже устал от попыток связаться с ним и узнать ответы, а в видениях тот больше не появлялся. Но сейчас новая надежда на возвращение благословения Джашина бурным огнем разгоралась в его сердце.

***



Югито зажмурилась оттого, что редкие, но яркие лучи солнца пробились-таки в лес и, умудрившись преодолеть расстояние до шалаша, не встретив никаких препятствий, ударили ей в лицо. Свернувшаяся клубком блондинка поморщилась, неохотно вылезая из шалаша и потягиваясь.
После сна на природе в ней как всегда было полно энергии, и заурчавший живот подсказал, в какое русло эту энергию направить. Югито прислушалась, замерев на месте и попытавшись определить, есть ли поблизости добыча. В следующий миг девушка оттолкнулась ногами от земли и взмыла вверх, туда, где среди ветвей она услышала хлопанье крыльев. Вскоре охотница приземлилась с птицей в зубах. Кажется, это был голубь, есть которого категорически не рекомендовалось Кумогакуровским ГОСТом. Но у нашей героини были свои вкусы в плане кулинарии, причем вкусы весьма специфические. Отплевавшись от перьев, она отложила добычу, и принялась разводить костер.
Уже двадцать минут спустя девушка сидела у огня, похрустывая обжаренной до корочки птицей. Мышей она, конечно, любила больше, но грех жаловаться на первое, что ей удалось поймать в только что начавшийся день. Налакавшись морозной воды из ручейка, Югито откинулась на траву и долгое время лежала так, беседуя с Мататаби обо всем на свете. Как уже известно, джинчурики и ее Биджу были очень близки, они были как лучшие подруги. И порой они, в основном Югито, делились такими новостями, которые лучше вслух не озвучивать.
«Ссать хочется, а тапок кроме своих поблизости нет. Ладно, придется довольствоваться кустами», — подумала Югито.
Мататаби промолчала, не зная, как прокомментировать то, что Нии решила сообщить ей о своих природных позывах.
Что следовало из ее последней мысли, джинчурики скрылась в кустах и, опустив брюки, присела. В процессе она прислушивалась к диалогам птиц, тяжело переживающих потерю зажаренного на огне собрата, к потрескиванию деревьев, а также принюхивалась. Уловив незнакомый запах, Югито нахмурилась.
«Кажется, пока я спала, тут кто-то был. Кто-то из деревни», — обратилась она к Мататаби.
«Кто-то? Может, Четвертый поднял всех, чтобы тебя искать?» — предположила Кошка.
«Не дури, Мат. Тогда мы бы проснулись от его громких ругательств, ну или от «кис-кис-кис» поисковых отрядов. Нет, этот кто-то был тут с другой целью. И может даже не знал о том, что мы с тобой ночуем неподалеку», — отозвалась Нии.
Она взглянула на ствол соседнего дерева и заметила на нем вырезанный ножом рисунок.
— Что за… — пробормотала она, и в следующий миг ее ослепила желтая вспышка.
— Ну охуеть, — усмехнулся кто-то, явно не стесняющийся в выражениях не только в диалоге с собеседником, но и в беседе с кем угодно. – Были там, а теперь здесь. Пиздюк, ты должен научить меня этой технике.
— Расенган сначала выучи, потом и поговорим, даттебайо, — ответил второй голос, звучавший крайне гордо. Похоже, именно его владелец переместил сюда себя и своего собеседника.
— Ладно уж, лучше я на своих двух сюда доебашу. Ты же знаешь, что я не талант в ниндзюцу. Зачем издеваешься? – вздохнул первый.
— Ты надо мной сколько издевался. А мне и разок нельзя?
— Ты ходишь по охуенно скользкому льду, пиздюк. Бессмертия-то у тебя больше нет, — обиженно отозвался первый голос, и хотя угрожающих ноток в нем не было, а звучали даже скорее нотки горькой насмешки, Югито эта фраза сбила с толку и заставила вздрогнуть.
Веточка под ее ногой предательски хрустнула, выдавая ее местоположение незваным гостям.
— Это еще че за хуйня? – выругался первый голос.
— Пойду посмотрю, — отозвался второй, после чего Нии с ужасом поняла, что слышит приближающиеся шаги.
В следующий миг чьи-то руки раздвинули кусты, в которых она так удачно уединилась, и круглые темные, почти черные глаза обнаруженной джинчурики встретились с голубыми глазами незнакомца, просунувшего голову в кусты и узревшего ее в таком пикантном положении.
Всё вокруг замерло. И даже Хидан удивленно покосился на спину замершего Наруто и собирался спросить, что произошло и планирует ли тот вообще поиски того, ради чего они пришли. Но мир не может вечно стоять на месте. И в следующий миг лес огласил громкий возмущенный крик.

Simply
Carro




 
Сообщения: 1088
Откуда: Банановый рай.

Сообщение Simply » 18 фев 2018, 20:29

Когда твой принтер жрец Джашина Изображение
\(*_*)
.....) )z
...../ \

BlackRaven
Каратель




 
Сообщения: 769
Откуда: С фикбука)

Сообщение BlackRaven » 18 фев 2018, 23:00

Simply писал(а):Когда твой принтер жрец Джашина

Ахаха. Здорово!

Глава 6. Встреча с Двухвостой Кошкой
Жрец с косой поспешил закрыть уши, морщась от истошных воплей, доносящихся из кустов, от которых у него чуть не лопнули барабанные перепонки.
— Сука, зачем так орать?! Меня как будто сразу в оба уха негры выебали! – Хидан устремил негодующий взгляд на кусты, где Наруто обнаружил нечто, издающее эти ужасные звуки, и уже было потянулся за косой, чтобы грубым способом вернуть лесу тишину. Но тут случилось нечто, чего жрец никак не ожидал.
Жертва наблюдательности его ученика перестала орать и угрожающе зашипела, после чего бросилась прямо на ничего не ожидающего Наруто, размахивая руками. Теперь-то и у Хидана получилось ее как следует рассмотреть.
Это была блондинка с длинными волосами, схваченными в косу белой длинной резинкой, напомнившей сначала эластичный бинт. Куноичи, а это оказалась именно куноичи, о чем подсказывали подсумок на поясе сзади и кобура для кунаев, примотанная к ноге, была облачена в темно-фиолетовую блузку с короткими рукавами и черные обтягивающие штаны, которые, впрочем, забыла натянуть обратно, сверкая «звездой» и пятой точкой. В черных глазах незнакомки горели яростные искорки. Лицо ее выражало всю обиду за то, в какую ситуацию ее поставила жизнь. На лбу девушки была повязка с блестящей пластиной-протектором родной деревни, Кумогакуре. Сложно было определить возраст незнакомки, но она явно была старше Наруто. Хидан предположил, что он сам с ней примерно одного возраста.
В тот миг, когда разъяренная бестия оказалась прямо перед Узумаки, ногти на ее пальцах магическим образом удлинились и заострились, после чего щеку несчастного избранника рассекли четыре царапины.
— Ай, ты что, ненормальная? – возмутился Наруто, приходя в себя и осознавая, что обнаруженная в кустах особа представляет опасность. – Бешенством же заразишь! И ногти вообще-то стричь надо!
— Это ты ненормальный! Уже уединиться нельзя, – прошипела она, стиснув зубы и замахиваясь когтистой рукой, чтобы наградить нашего героя еще одной порцией царапин. — Извращенец, кто ты такой и что ты забыл в этом лесу?!
Впрочем, на сей раз тот оказался готов к подобным сюрпризам и молнией отпрыгнул назад, заставляя руку с длинными прямыми когтями, похожими на маленькие лезвия, просвистеть прямо перед его носом.
— Могла бы и предупредить, чтоб я не приближался, даттебайо! Так сложно было сказать? Я думал, за нами шпионит враг, а ты там просто… Джашин-сама, да что же я оправдываюсь?! – опешил от такого ответа Узумаки.
Хидан, ставший зрителем и слушателем этого диалога, хохотнул и понял, что пришло его время вмешаться в беседу:
— Извиняй, хуйня вышла. Туристы мы, хули нам знать, что у вас в стране в каждом кусте девки сидят без трусов? В следующий, мать его раз, будем внимательнее к вашим ебанутым культурным особенностям.
Девушка машинально опустила взгляд, поняв, что не так, и залившись густой краской, быстро подтянула штаны. Выходит, всё это время она отчитывала своего наблюдателя в таком глупом положении? Теперь понятно, почему второй незваный гость так истерически ржет.
— Туристы, значит, — ухмыльнулась та, дерзко взглянув на Хидана и поняв по его манере речи, что можно обойтись без вежливостей при знакомстве. – Только вас тут не хватало.
— Я Хидан. А это Наруто. Ты уж прости его, пиздюка спермотоксикозного. У него хобби такое: на бабьи кулаки нарываться.
Услышав, как его представил наставник, Наруто наградил Хидана негодующим взглядом. Пожалуй, такая характеристика была не лучшей при знакомстве с девушкой, которая, как только успокоилась, даже показалась ему довольно красивой. Впрочем, Узумаки еще с полминуты косился на ее пальцы, в кончики которых втягивались когти, возвращая руке привычный человеческий вид. Он приложил ладонь к поцарапанной щеке. Как и следовало ожидать, раны не спешили затягиваться.
Прежде чем ответить, куноичи посмотрела по сторонам и замерла, будто к чему-то прислушиваясь.
— Ну вот, мышей мне всех распугали, туристы хреновы. Я Нии Югито, хозяйка этого леса, — ее темные глаза сверкнули. – Раз вы заявились сюда и потревожили меня, платите мне моральную компенсацию.
«Хозяйка леса? Ты что это такое выдумываешь?» — удивилась Мататаби, с интересом следившая за тем, как решится сложившаяся ситуация.
«Молчи, Мат. Надо же мне как-то поквитаться», — отозвалась коварная блондинка.
— Сама своих мышей распугала. Раз уж хозяйка, подскажи нам кое-что по делу, и мы быстро уйдем, — сказал ей Наруто, на которого провокация девушки никак не подействовала, ткнув в нее пальцем.
Хидан одобрительно покосился на ученика и вновь посмотрел на растерянную девушку.
— Кусь! – жест Узумаки новой знакомой священников не понравился, и она поспешила укусить Избранника за палец, который тот не успел отдернуть.
— Прав я был, пиздюк. Ты как живая мишень для всей хуеты в этом опасном мире, — усмехнулся Хидан, никак не отреагировав на то, что ученику снова досталось, кроме, разве что, нового приступа истерического смеха.
— Ты совсем двинутая или как?! Я же по-хорошему хотел! – воскликнул Узумаки, отдергивая палец, на средней фаланге которого еще имелись отметины зубов новой знакомой.
— Пидзюк, не кипятись. Если она местная, то как нехуй делать поможет нам найти, что мы ищем. Ты ж блять знаешь, насколько это важно для тебя и всего нашего храма. Ну и для Юкимуры в первую очередь. Ты же не хочешь огорчить старика? — на сей раз наставник поспешил с укоряющим замечанием, и Узумаки даже подумал, на чьей тот стороне, а потом вспомнил, что Хидану просто всегда нравилось наблюдать за его мучениями, как душевными, так и физическими.
— Ну уж нет, — процедил Наруто, потянувшись за мечом. Слушать наставника сейчас хотелось меньше всего. Чаша его терпения переполнилась, и несмотря на отсутствие бессмертия, Узумаки был преисполнен решимости дать обидчице бой, дабы показать ей, как нужно себя вести в приличном обществе. С учетом Хидана общество, конечно, было приличным весьма условно. Но джинчурики уже было не остановить. – Надоело мне добреньким быть. Я покажу этой выскочке ее место, даттебайо!
«Я бы на твоем месте этого не делал. Это не просто какая-то девчонка, скажу я тебе. И в твоем положении я бы с ней пиписьками не мерялся», — прорычал Курама, и голос его грянул как гром средь бела дня.
«И ты туда же? Вы что, сговорились? Плевать! Дай мне свою чакру», — возмутился Наруто, выходя из себя окончательно.
Появившись в пещере в своем подсознании, он устремил требовательный взгляд на Девятихвостого по ту сторону решетчатых врат. Лис ответил ему взглядом, полным разочарования, но спорить все же не стал. Узумаки протянул ладонь к клетке, и в следующий миг Девятихвостый поморщился и издал сдержанный рык боли, поскольку на его огромном теле разом открылось множество мелких ран, из которых вырвались капельки или даже целые ручейки крови. Облаком они перетекли по воздуху к вратам и, пройдя через решетку, устремились к руке Наруто, всасываясь в кончики его пальцев.
«Спасибо, друг. Отметелим ее по самые не хочу, даттебайо», — подумал Узумаки, возвращаясь в реальный мир и начиная полную трансформацию.
Хидан отскочил назад. От такого всплеска чакры у него аж заслезились глаза, а уста его извергли несколько замысловатых ругательств. Обычно Наруто был сдержанным и миролюбивым, но рядом с этой особой в его голове как будто щелкнул какой-то переключатель.
«Или это я его так заебал? Да не, быть не может», — подумал жрец, открывая глаза и обнаруживая, что вместо Наруто на опушке леса возвышается гигантский черный лис, на шерсти которого виднеются белые пятна и узоры в виде костей. Девять хвостов яростно шевелились и иногда ударялись о землю, один из них даже чуть не превратил Хидана в лепешку.
Югито оторопело глядела вверх, туда, откуда на нее взирала гигантская морда со звериным оскалом.
«Мат, что это за чертовщина такая?» — обратилась она к Двухвостой Кошке.
«Курама… В смысле, Девятихвостый Лис. Биджу, такой же, как и я. Он что, покрасился?» — отозвалась та.
Впрочем, очень быстро весь испуг Нии как рукой сняло. И ожидания Наруто, что та испугается и побежит прочь, не оправдались. Вместо этого куноичи закрыла глаза, и в следующий миг тело ее скрылось под покровом чакры в виде синего пламени с черными узорами. Сначала за ее спиной появилось два хвоста. Потом Югито начала терять человеческие черты и увеличиваться в размерах, одновременно с этим все больше обращаясь в зверя. И уже миг спустя напротив Девятихвостого стояла не девушка из кустов, а Двухвостая Кошка во плоти.
Теперь пришел черед Наруто удивляться.
«Курама… Ты это тоже видишь?» — обратился он к Лису. Вопрос был странным, поскольку сейчас именно глаза Девятихвостого, а не Наруто были обращены к выросшей из Югито Кошке-Демону.
«А я предупреждал. Слушать надо было», — откликнулся Курама. Впрочем, тому было приятно вновь принять свою полную форму. Засиделся он внутри Узумаки. А теперь можно и лапы поразмять.
— Мататаби, какая встреча! – прорычал Девятихвостый. – Ты всё так же прекрасна.
Два разноцветных глаза кошки встретились с глазами Демона-Лиса.
— Я смотрю, и шерсть до сих пор пылает всеми огнями ада. Неужели людьми кормишься? – позволил он себе еще один комплимент.
«Ты чего, флиртуешь с ней что ли, даттебайо?!» — опешил Наруто, в котором в этот миг проснулось желание вернуть себе контроль за телом.
«Войди в положение. У меня с ней роман был, а потом нас разлучили лет на сто. Надо же как-то загладить вину за то, что ушел, не попрощавшись», — прорычал Кьюби в ответ.
Кошка оскалилась. И одной лишь Югито было известно, о чем та сейчас думает. Кто бы мог подумать, что всё скатится в такую Санта Барбару?
«Думает, скажет мне пару приятных, и всё забыто? Не на ту напал! Югито, девочка моя, давай размажем это нелепое создание вон по той скале», — обратилась Мататаби к своей джинчурики, и в следующий миг Двухвостая Кошка во плоти, направляемая как самой Биджу, так и ее джинчурики, бросилась на Девятихвостого.
— Блять, что за нахуй вы творите? – крикнул Хидан откуда-то снизу, но вряд ли его реплики сейчас имели какое-то значение для двух джинчурики и двух Биджу, сцепившихся в схватке.
«Вот черт, еще злится. Ладно, Наруто. Мы тоже в долгу не останемся. Вперед!» — прорычал Лис.
От столкновения двух огромных тел во все стороны пошла ударная волна, заставившая деревья в лесу закачаться, а Хидана, извергающего проклятия, отлететь назад. Когтистая лапа Мататаби встретилась с мордой Девятихвостого, и в следующий миг его щеку, точно как же, как и щеку Наруто до этого, украсили четыре царапины. Удар не только ранил его, но и обжег. Видимо, Двухвостая Кошка не просто так полыхала синим огнем. Демон зарычал, но и сам в долгу не остался, ринувшись вперед и боднув кошку лбом.
— Мататаби, остынь. Это ничем хорошим не кончится, — прорычал Курама.
— Ну уж нет, сами начали, тогда получайте! – послышался ответ.
В следующий миг Кошка разинула пасть, и во рту ее показалась стремительно растущая черная сфера. Девятихвостый и Наруто поняли, что сейчас по ним будут стрелять Бомбой Хвостатого в упор. В их незавидной ситуации подставляться под такую атаку было рисковым делом. Впрочем, Курама утешал себя тем, что даже без бессмертного тела обладает бессмертной душой, и если Наруто суждено погибнуть, сам он рано или поздно вновь воплотится в этом мире из освободившейся на волю чакры.
«Это что еще за мысли такие?! – возмутился Наруто, воспользовавшийся их ментальной связью и поняв, что Лис уже подумывает о худшем исходе. – А ну ответный огонь!»
Тогда Лис тоже разинул пасть, и теперь две черные сферы вот-вот были готовы столкнуться друг с другом.
- Вы тут всё к херам разнесете! А ну хватит! – воскликнул Хидан, поняв, что всё это может плачевно обернуться для Кумогакуре и ее окрестностей.
Он оттолкнулся от земли и зачем-то вооружившись косой, вспрыгнул Девятихвостому на спину. Плана у жреца никакого не было. Впрочем, он бы уже и не успел ничего предпринять. Две черные сферы выстрелили, и…
В следующий миг двух Биджу и Хидана ослепила красная вспышка. Всё вокруг пропало, а затем появилось вновь. Когда наши герои оглянулись по сторонам, то поняли, что пейзаж сменился знакомой Наруто и Хидану местностью.
Они перенеслись в самый центр Деревни Горячих Источников. Об этом подсказывали знакомые домики, виднеющаяся вдалеке средь могучих хребтов гора с храмом на вершине, и вывеска местного Ичираку, который было бы очень обидно разнести.
При появлении двух монстров жители, издавая испуганные вопли, начали разбегаться в разные стороны. Площадь, где они оказались, мгновенно опустела, а хаос и паника начали распространяться дальше.
Действительно, если сражение двух Биджу далеко за пределами деревни все равно представляло опасность для Кумо, один Джашин мог знать, чем обернется их бой для Югакуре непосредственно в ее стенах.
Это слегка усмирило пыл Двухвостой и Девятихвостого, которые в этот миг еще и раздумывали над тем, почему их техники при столкновении друг с другом не взорвались. Или, быть может, взрыв остался там, близ Деревни Скрытого Облака, служа единственным напоминанием о не сложившемся туристическом визите Наруто и Хидана?
— Пиздюк, ты зачем техниками балуешься? Кто же пространственные дзюцу в полной трансформации использует? – возмутился Хидан, спрыгивая на прогнувшееся и потрескавшееся под весом двух гигантских туш покрытие площади.
Столь скорое возвращение на родину не могло его не радовать, хотя миссия определенно была провалена.
— Это не я, — прорычал устами Девятихвостого Лиса Наруто. – Не представляю, как так вышло. Полет Бога Крови активировался сам.
— Что за дурацкое название? Сам придумал? – усмехнулась Двухвостая Кошка. Хотя сейчас в ней говорила Югито, с интересом глядящая по сторонам.
Будучи джинчурики, Югито путешествовала мало. Четвертый Райкаге редко отправлял ее на миссии вдали от Кумогакуре. Именно поэтому новое место было Нии весьма интересно. Она даже успела увидеть вдали под горой лес, который вполне можно облюбовать под свои нужды. Наверняка там много диких зверей и кустов, в которые никто не сует свой любопытный нос.
— Ребята, у нас, кажется, проблемы… — пробормотал священник, заметив, что один человек все же остался на площади, и сейчас «наблюдает» за происходящим с явным неодобрением.
Старик с длинными седыми волосами, спадающими на, казалось бы, хрупкие плечи, и бородой, почти доходящей до пояса, вышел к ним из опустевшего ресторана Ичираку и устремил незрячие глаза куда-то сквозь двух огромных демонов, одновременно повернувших к нему свои головы. Юкимура небрежным жестом поправил ворот белого плаща и вздохнул.
— Юкимура-сама, не сердись, — растерянно произнес Хидан, чувствуя, как над стариком нависает облако раздражения. – Мы тут всё уберем. И людям все объясним. Кстати, это… Травы мы тебе никакой не принесли. Зелье варить не из чего. Да и обдолбаться тоже нечем. Зато у нас теперь есть кошкодевка. Охуеть, да? Не будь ты слепым, то охуел бы от ее огненной шерсти. Ей весь храм зимой топить можно.
Главный священник, грубо оторванный сим происшествием от своей трапезы, недобро поморщился, когда Хидан «обрадовал» его новостью о провале миссии.
— Усмирение непокорного демона!
Затем последовала короткая серия печатей. В следующий миг из ладоней старого жреца выстрелили две красные огромные цепи, устремившиеся к Кьюби и Ниби. Курама и Мататаби и дернуться не успели, как на их шеях защелкнулись появившиеся из воздуха ошейники из красной чакры.
Под лапами двух чудовищ на разрушенном покрытии площади вырисовались две печати в виде метки Джашина, после чего оба Биджу начали уменьшаться, возвращая своим джинчурики человеческое обличие.
— Как дети малые, — недовольно прокряхтел старик после того, как техника завершилась и пред ним предстали Наруто и Югито.

BlackRaven
Каратель




 
Сообщения: 769
Откуда: С фикбука)

Сообщение BlackRaven » 23 фев 2018, 21:43

Глава 7. День защиты человечества

— Зря вы всё это затеяли! – воскликнула Югито. – Райкаге весь мир перевернет, узнав, что меня похитили.
Они находились уже в храме, куда Юкимура распорядился их переместить. Несмотря на то, что дзюцу старика разом подавило всю чакру Биджу в обоих джинчурики, Наруто не составило труда вновь воспользоваться Полетом Бога Крови с помощью его собственной чакры.
— Успокойся, никто тебя не похитил, даттебайо! – поспешил заметить Наруто.
— А это как называется? – возмутилась Югито, дернув за красную цепь, идущую к ее шее от руки Юкимуры. Другую цепь, которая прежде сковывала Наруто, главный священник храма уже развеял, а вот вторую не торопился, и она сдерживала пленницу.
— Хули ты думала, мы тебя так просто с поводка спустим? Кошатина, да ты если снова взбесишься, то разнесешь нам к херам весь храм! – захохотал Хидан, оглянувшись по сторонам и поставив косу к стене. Видимо, оружие уже не потребуется.
— Это он начал! – возмущенно прошипела Югито, указав пальцем на Наруто, который понял, что она права, и растеряно чесал макушку.
— Ты права, дитя, — промолвил старик, устремим к ней невидящий взор. – В каком-то смысле, ты теперь наша пленница. И гостья. Но не волнуйся, мы не причиним тебе вреда. Тем более, сегодня же день защиты человечества.
Старик почесал бороду.
— Хм… Уверен, всё это неспроста. Джашин-сама будет рад принять в свои ряды вторую джинчурики.
— Джа… кто? – теперь уже Югито испугалась. – Пустите меня! Верните меня обратно!
— Посидишь тут сегодня, пока мы не решим, что делать дальше, — решил Юкимура, медленно подойдя к стене и приложив к ней ладонь. Теперь на стене вырисовалась печать, и красная цепь, сдерживающая Нии, росла из нее, а не руки пользователя техники.
— Юкимура-сама, вы что? Нельзя же так! — воскликнул Наруто, чувствуя свою вину перед их новой гостьей.
— Это он, наверное, из-за травы дуется. Поздно, пиздюк, — ехидно усмехнулся Хидан, провожая взглядом удаляющегося священника, который точно не переменит своего решения. — Ну, это теперь надолго. Я пожалуй тоже пойду. А ты лучше составь нашей гостье компанию, хули теперь делать.

***



Девушка сладко потянулась, пробудившись от нежных солнечных лучей, проникавших в спальню сквозь роскошный тюль на панорамных окнах. Она еще несколько минут понежилась в огромной кровати, где, казалось, при желании мог разместиться весь Раменный Патруль, а затем всё же встала, протирая глаза. Харуно не смогла отказать себе в удовольствии зевнуть, но рот все же прикрыла ладонью, чтобы длинный язык не вывалился наружу.
Помимо невероятного спального места, застеленного шкурами, и панорамного окна, из которого открывался прекрасный вид на деревню, пускай всего лишь с третьего этажа, новые апартаменты Сакуры были обставлены роскошной мебелью, а на стене висела внушительных размеров плазма. Розовые обои с причудливыми зелеными узорами изогнутых стебельков, маленьких листочков и пышных бутонов, поразили бы любого дизайнера, да и, пожалуй, любого любителя цветов, своей красотой. Ино Яманака, с которой Харуно некогда тесно общалась, точно обзавидовалась бы при виде этой прелести! Сама Сакура успела разлюбить этот цвет, но на жизнь не жаловалась, ведь предоставленная ей жилплощадь во всех планах превосходила маленькую комнатку в ничем не примечательном домике родителей, который она покинула.
В особняке Тсунаде ей достался целый этаж, где помимо этой внушительных размеров комнаты была еще ванная с джакузи, кухня, которую Сакура быстро оборудовала в свою лабораторию, а так же кладовая, в которой уже находились все необходимые для работы юной ученой ингредиенты, а так же была обустроена небольшая оранжерея.
Сходив в душ и умывшись, девушка вернулась в комнату, отодвинула дверь вместительного шкафа и, уверенно кивнув, оторвала взгляд от подаренных ей нарядов, взяв с вешалки желтый лабораторный комбинезон. Облачившись в одеяние деятеля науки, она не забыла и про респиратор, после чего отправилась на кухню, предварительно закрыв дверь, заложив щели специальными подкладками и включив вентиляцию на максимум. Теперь можно было приступать к созданию Эликсира Удачи, ведь именно ради этого продукта ее новая знакомая была к ней так добра.
Кухня была оборудована массой приборов, контейнеров, соединенных меж собой трубками и шлангами. И обращаться с ними Сакура умела. И вскоре работа уже кипела. В канистрах что-то булькало, аппараты гудели, а вытяжка работала на полную, высасывая едкий дым и отправляя его через вентиляционные пути прямиком на улицу, к детишкам, носившимся вокруг особняка с палками. По словам Тсунаде, с Теучи она все вопросы уже уладила, и что бы ни происходило в процессе работы Харуно, никого не должно беспокоить. Ну, разве что жителей, для которых солнечный день превратился в непонятно что, поскольку на улицах уже сложно было дышать, а солнца не было видно из-за густых облаков, затянувших небо. Для Сакуры всё происходящее было весьма спорным, но наука требовала жертв.
И спустя несколько часов, аккуратно работая молотком и сгребая получившиеся кристаллики в пакеты, Сакура переходила к конечной процедуре – испытанию полученного продукта. Вооружившись трубкой и зажигалкой и поместив внутрь стеклянной сферы опытный образец, она приступила к делу.
По завершении этого процесса, Харуно отложила приборы в сторону и, с трудом удерживаясь на ногах и сильно петляя из стороны в сторону, двинулась к выходу. По пути ей уже чудились дивные образы не существующих в природе зверей самых разных цветов и форм, разные замысловатые геометрические формы и даже разговаривающий кактус, неведомо как проникший сюда со склада, прыгающий на своем горшке к двери и указывающий ей дорогу.
Вдобавок ко всему, она слышала странные звуки, напоминающие завывающие сирены, хлопки и взрывы. Но вряд ли что-то могло произойти именно в тот момент, когда Харуно позволила себе «немного» расслабиться. Скорее всего, это были лишь глюки, рисуемые ей кристалликами продукта ее творчества.
— Ух, хорошо взяло! Мир такой пла-а-авный, — мечтательно промямлила Сакура, повиснув на дверной ручке и сползая на пол с идиотской улыбкой и закатившимися глазами.
Кактус раздраженно подпрыгнул рядом с ней, напоминая о себе, после чего повернулся излучающим радиоактивный зеленый свет цветком к выходу, напоминая Харуно, что не дело ей валяться тут в самое начало рабочего дня.
— Ты прав, мой маленький зеленый друг, — вздохнула она. — Глотну воздуху свежего, и можно будет приступать к самому Эликсиру.
Девушка напряглась, и ее язык, обвившись вокруг дверной ручки, потянул ее вниз, давая двери открыться, а экспериментаторше в желтом комбинезоне – вывалиться в коридор. Когда Сакура доползла до комнаты, то убедилась, что звуки, которым она не придала значения, усилились, а ее отнюдь не скромную обитель уже заселили друзья ее сопровождающего.
Впрочем, может быть, это были вполне обычные вещи, ожившие в это дивном мире метамфетаминового опьянения. Тут были гавкающие из-под кровати тапочки, раскачивающаяся на потолке люстра, отмеряющая своими качками каждую новую волну прихода, словно маятник. А еще занавески и тюль, беспокойно шевелящиеся и без умолку нашептывающие что-то друг другу под дуновениями ветра. А вскоре откуда-то нарисовалась совершенно трезвая Тсунаде, поднявшая нашу героиню на ноги за ворот комбинезона.
— Ты чего удумала, девчонка! – Тсунаде встряхнула ее с такой силой, что всё внутри девушки перевернулось.
— Так работаю же. Над Эликсиром вашим, — хихикнула та. – И не в первый раз уже.
— На деревню напали, какой там Эликсир! Приводи себя в порядок и бегом на защиту Отечества! – рявкнула Великая Неудачница.
Для той, кто лишь недавно вернулся в Коноху после долгих лет блужданий по барам и казино по всему свету, она была настроена на удивление патриотично. Так вот какова Тсунаде Вне Запоя?
— Тётя, хватит меня трясти. Ну напали и напали, Раменный Патруль во всем разберется, — усмехнулась Харуно, испытывая желание отделаться от хозяйки жилища и вернуться в лабораторию, чтобы продолжить работу над Эликсиром… ну, или подготовку к работе.
— Эх, молодежь, только и можете на других полагаться. Нет, так дело не пойдет. А ну пакет этот снимай и форму напяливай! – приказным тоном возразила саннин.
Сакура решила, что спорить с ней бесполезно, и поспешила исполнять приказ, делая это на удивление ловко для своего нынешнего состояния. Вскоре на ней было белоснежное кимоно, перевязанное фиолетовым поясом так, что на спине образовывался бант в форме цветка. Розовые волосы куноичи теперь были собраны в конский хвост.
— Так-то лучше. Давай поскорее выблевывай свой меч и пойдем родину-мать защищать, — одобрила Тсунаде.
Харуно вновь ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Уже пару минут спустя защитницы Конохи неслись по крышам погруженной в дым деревни. То ли это Сакура так надымила своими экспериментами, то ли в Конохагакуре произошел пожар, то ли это был плод вражеской техники…
«А вдруг Тсунаде и всех остальных просто тоже накрыло от моего дыма, и на деревню никто не нападал?» — посетила Сакуру внезапная догадка, когда она задумчиво посмотрела на с криками разбегающихся внизу людей.
Это вполне могло оказаться правдой, но случайное стечение обстоятельств, по которому из Кумогакуре днем ранее пропала Нии Югито, сделало нападение вполне реальным. И очень вскоре навстречу двум куноичи выскочили шиноби в форме ниндзя Скрытого Облака. А последним доказательством иноземного вторжения были их протекторы.
— Коноховская погань! Своего джинчурики потеряли, так нашего спереть решили?! – воскликнул один из них, оттолкнувшись ногами от крыши соседнего дома и длинным прыжком устремившись к неприятельницам.
— Морда в мясо! – рявкнула Великая Неудачница, встречая гостя пропитанным чакрой кулаком.
Тот, вращаясь волчком, улетел в обратном направлении. Название у тайдзюцу-техники Тсунаде было не слишком звучное, зато сам прием был чертовски эффективным.
— Мы вам тут всё разнесем, мерзкие воры! – вторил поверженному товарищу его друг, налетая на Сакуру с двумя кунаями в руках.
Харуно парировала выпад лезвием Кусанаги, после чего, ринувшись на врага, нанесла несколько ударов. Учитывая, что благодаря не отпустившему ее действию вещества, ей казалось, что шиноби раздвоился, хотя никаких предпосылок к технике клонирования не было. Всё дошло до того, что Сакура погналась не за тем клоном, и когда тот растворился в воздухе, она чуть не навернулась с крыши.
— С дороги, неумёха, — услышала она насмешку за своим плечом, и почувствовала, как кунай вонзается в ее спину.
Девушка раскрыла рот, но не чтобы закричать, как подумал нападающий. Когда рот поверженной куноичи раскрылся до неестественной ширины, целая и невредимая Сакура выскользнула оттуда, вся перемазанная в слизи, а сброшенная оболочка шкуркой унеслась куда-то вдаль по ветру. Она налетела на обидчика, поражая его жалящим ударом прямо в живот, и когда ниндзя, скорчившись от боли на коленях, был избавлен от прямого лезвия Кусанаги, то скатился по крыше и упал в пропасть улиц, заполненных и без того перепуганным народом.
Харуно слегка полегчало, но она не была уверена, что полностью очистилась от метамфетаминовой горячки. Уж слишком много странных вещей происходило вокруг.
В частности, каким-то образом на одной с ними крыше появился Саске, сильно повзрослевший с их последней встречи и сопровождаемый двумя, которых Харуно тоже знала или, по крайней мере, должна была помнить.
Он был здесь, абсолютно реальный. Одетый в черное, выглядящий слегка растерянно, но с серьезным блеском в темных глазах. Новшеством в обмундировании Саске был огромный свиток, который тот на лямках, словно рюкзак, нес за спиной. За годы Учиха стал еще красивее. Или, может, он представлялся таким одурманенной Сакуре?
Сопровождали Учиху двое крупных мужчин. Один – мужчина «в самом расцвете сил», по крайней мере, именно так он описывал себя в автобиографических романах. Мужчина с длинной белой гривой волос был облачен в светло-зеленые одежды, а поверх них – в красный хаори с желтыми овалами с двух сторон. Он был экипирован таким же свитком, но носил его иным образом. Другой сопровождающий был совершенно лысым. Мускулистый громила был одет в черные брюки и белоснежный плащ с знакомой красной меткой на спине. На плечах его были лямки массивного походного рюкзака, из которого шиноби, впрочем, уже достал боевые когти. Таким образом, в этих двоих Харуно вскоре узнала Джирайю и Шинджи, священника, навещавшего Коноху вместе с Наруто много лет назад.
— Саске? – выдавила Сакура, чуть не выронив из рук окровавленный меч от удивления.
Брюнет посмотрел на нее с таким же удивлением. Взгляд его оценивающе скользнул по Харуно, видимо, в поисках того, в чем подруга могла похорошеть за время их разлуки, и обидно быстро устремился вдаль, где звенело оружие и грохотали взрывы.
— Сакура, рад видеть. Удачное время мы выбрали для возвращения, — пробормотал он.
— Тсунаде, и ты тут? Наверное, совсем деньги кончились, раз ты сюда вернулась, — приветливо улыбнулся Джирайя.
Великая неудачница проигнорировала Извращенного Отшельника. Взгляд ее был прикован к Шинджи, который почесал лысый затылок и отступил на шаг назад.
— А, ну понятно, — вздохнул Джирайя, кивнув Сакуре и Саске. – Давайте вперед, эти двое нас потом догонят.
Молодые шиноби кивнули, и втроем они отправились дальше, оставив Тсунаде и Шинджи выяснять отношения.
- Не могу поверить, что это ты. Значит, эликсир Сакуры еще не готов, а уже действует, — блондинка помялась на месте. – Ты живой. Я, конечно, знала, что не расквасила тебя в фарш. Но беспокоилась. Знал бы ты, сколько я тебя искала!
Священник кивнул и расплылся в натянутой дружелюбной улыбке. Отсутствующий язык, конечно, не позволял ему высказать все, что тот думает, но лицо говорило о всем, что Шинджи думает по поводу внезапной встречи с недавней бывшей.
— Ты чего, не рад совсем? – Тсунаде переменилась в лице и, засучив рукав, двинулась вперед.
Шинджи попятился, а вскоре и вовсе побежал прочь.
— За нашу с тобой неудачу я тебя прощаю, я ж тебя люблю, лысый ты недотепа. Эй, не убегай, скотина! Ты мне еще живым нужен!
Тем временем трое ниндзя приземлились на главной площади, где уже шла ожесточенная битва между шиноби Конохи, в преимуществе, Раменным Патрулем, и вторженцами. Здесь же Сакура увидела многих своих товарищей по учебе, видимо, у них сейчас не было миссий, и те по счастливому совпадению оказались в Конохе в момент нападения.
— Смотрите, это Саске! – воскликнула Ино, обращаясь к товарищам по команде.
— Вау, Саске вернулся, — усмехнулся Киба, кивнув Хинате и Шино на Учиху.
«А на то, что я выползла, они вообще внимания не обратили», — с обидой подумала Харуно.
Видимо, Джирайю посетили те же мысли, и он огорченно вздохнул.
— А моему возвращению вообще что ли никто не рад? Совсем уже старика забыли.
— Не время раскисать, сенсей. Вон к ним подмога идет, — ухмыльнулся Учиха, поворачиваясь в ту сторону площади, откуда к ним двигался целый отряд шиноби. – Я с ними разберусь.
«Самоуверен как всегда», — пронеслось в голове Сакуры, и она улыбнулась. Ведь столько воспоминаний, счастливых воспоминаний, связывало ее с Саске. Команда номер семь. Она, Саске, Сай и Какаши-сенсей. Как давно это было…
Учиха произвел серию печатей, обводя приближающихся врагов хитрым взглядом. Интересно, что он приготовил несчастливцам?
— Техника массового мгновенного обнажения! – воскликнул Учиха, заставив разом исчезнуть всю одежду неприятелей. Куноичи сразу испуганно завизжали, а мужики – кто как: некоторые поспешили прикрыть срам, а иные не упустили возможностью полюбоваться прелестями подруг.
— Ты как всегда в своем репертуаре, — прошипела Харуно, вздохнув и явно не впечатлившись техникой. Хотя все остальные, включая сразу включившегося в сражение Джирайю, пришли от нее в лютый восторг.
— Это еще цветочки, — хмыкнул Саске самодовольно, и в глазах его сверкнула мстительная искорка коварства. – Стихия Воды: Великая волна.
«Стихия Воды? Что-то новенькое. Раньше Саске владел лишь огнем и молниями. Вот что он успел выучить за все эти годы?» — подумала Харуно, наблюдая, как шиноби складывает новые печати. Стоило Саске приложить руку к земле, откуда ни возьмись появилась пугающая масса воды, волной устремившаяся к неприятелям. У тех не было других вариантов кроме как побежать в обратном направлении по улице под хохот наблюдающих.
— Стихия Молнии: Парализующий разряд! – прошептал Учиха, после чего уходящая вслед вода заискрилась молниями. Такое сочетание техник было весьма опасным. А довольный Саске повернулся ко своей публике, — Это займет их на какое-то время.
Но долго Учихе радоваться своему представлению не пришлось.
— Стихия Молнии: Электрический град! – воскликнул новый вторженец, появившийся с другой стороны, очевидно, из борющейся толпы ниндзя Кумогакуре и защитников отечества. Из его руки вылетело несколько электрических стрел или даже копий, которые дождем полетели в Саске.
И тут пришла очередь Сакуры приходить на выручку. Взмахнув несколько раз мечом, она выпустила навстречу электрическим стрелам дугообразные воздушные заряды.
— Стихия Ветра. Песня Кусанаги, — промолвила она.
«Песня Кусанаги? Слишком мелодично для названия техники, — подумал Саске. – А вообще она молодец. Реацкия хорошая. Значит, выучила Стихию Ветра?»
Тем временем его активированный шаринган с тремя томоэ крутанулся в глазах, и мысленно Учиха поблагодарил неприятеля за подаренную ему технику. Враг тем временем растеряно посмотрел на Харуно, и это было роковой ошибкой. В ее глазах с вытянутым змеиным зрачком что-то блеснуло, и в следующий миг шиноби уже испуганно озирался по сторонам, а потом побежал прочь.
— Капкан иллюзий, — прокомментировала Сакура. – Остается лишь гадать, убежит ли он от змей с крыльями. Удивительно, каких страхов себе напридумывают люди…
— Значит, еще и гендзюцу. Неплохо, — усмехнулся Учиха, поняв, что сильно недооценил бывшую напарницу по команде.
«Не хочется ей проигрывать. Но и все козыри разом выкладывать не положено», — пронеслось в голове брюнета.
— Эй, вы двое, — обратился к ним кто-то с крыши ближайшего здания. Это был темнокожий парень с крупным носом. Половину его лица скрывала челка почти белоснежных волос. Шиноби был облачен в форму Кумогакуре, а из-за плеча выглядывала рукоятка меча, который был явно помассивнее Кусанаги. – А ну выкладывайте, куда дели нашу Югито.
— Даруи, тут Югито даже не пахнет. Эй, детка, тебя Киллер Би сёдня трахнет! – из-за его плеча появился еще один ниндзя, ткнув пальцем в Сакуру. Зачитав строчку, названный брат Райкаге, а это был именно он, явил себя народу.
Мускулистый темнокожий ниндзя был одет в белую форму с короткими рукавами, благодаря чему была видна татуировка на плече. Белые волосы, зачесанные назад, козлиная бородка, темные очки, белый шарф… Да, этот мужик явно был слишком модным для этих земель… Довершали его образ блокнот в руках, в который Киллер Би торопливо записывал только что придуманную рифму, и короткие мечи с красными рукоятками, которых почему-то было целых семь.
Сакура вздрогнула, поняв, что угроза адресована именно ей, и одновременно с этим покраснела, удивившись, что среди всех куноичи в округе тот выбрал именно ее. Киллер Би замялся, поняв, что поспешил с выбором, ведь бледная как труп бабушки Мадары Сакура с высунувшимся от изумления длинным языком явно не подходила под эталон красоты.
— Би, ты ее до сих пор не чувствуешь? – обратился к нему Даруи. – Странно. У вас же особая связь. Будь она где-то поблизости, ты бы точно узнал об этом.
— А Пятый Хокаге совсем не дурак. Он Югито спрятал, вот гадкий чувак, — отозвался тот в присущей ему манере.
— Думаешь? Хм… Ну, Эй-сама и элитный отряд быстро выведают, где она. А про дурака я бы поспорил. Как просто оказалось выманить его из деревни, оставив ее без защиты, — ухмыльнулся Даруи, потянувшись за мечом. – Лучше присоединимся к нему, а то не понравится ему, что я взял тебя с собой в эту деревню.
— Наваляем старику дуралею, а дубасить его с братом – вдвойне веселее! – согласно кивнул Би.
— Эй, вы! Что вы там сказали про Хокаге? – пробормотал Саске, недобро глянув на парочку.
— Не суйся, пацан, коротки руки. А то покажу тебе, кто тут сын маминой подруги! – усмехнулся шиноби-рифмач, захлопнув блокнот и убрав его в карман. В следующий миг он щелкнул пальцем, запуская в Саске пропитанный электричеством карандаш.
Заряд молнией устремился вперед, и если бы не шаринган, Саске бы вряд ли удалось увернуться. Когда он вновь посмотрел на крышу, то понял, что парочка пропала. Учиха переглянулся с Сакурой, та кивнула. В следующий миг двое оттолкнулись от земли, вспрыгнули вверх и бросились в погоню.

***



Старик ухмыльнулся, отряхивая белые одеяния повара, которые успел запачкать по пути сюда. Прищуренный взгляд его метнулся к Аяме, которую один из неприятелей держал в заложниках, держа у ее изящной шеи нож, сверкающий в отблесках проникающего в чащу леса солнца. Хокаге недобро посмотрел на окруживших его шиноби, во главе которых был темнокожий качок, торжествующе глядящий на пойманного в засаду лидера деревни.
— Вот дурак. Пришел один, как и было сказано в записке. А мои люди тем временем проникнут в твою ненаглядную Коноху и обыщут там каждый угол. Я сказал им, чтобы громили всё на своем пути. Потому что я не прощаю такие вещи просто так, — процедил атлет в белом плаще с короткими рукавами. Бляшка его пояса сверкнула, и Теучи поморщился.
Старик потянулся к шляпе, медленно и спокойно снимая ее.
— Дурак здесь ты, если думаешь, что этого сброда достаточно, чтобы меня одолеть. Не понимаю, о чем ты говоришь, но я тоже не прощу тебе похищения моей дочери! – ловким движением Теучи запустил шляпу в воздух, так, что она пролетела метров десять, а потом повисла на сучке как на вешалке.
Четвертый Райкаге опешил от такого ответа. На лбу его выступила пульсирующая вена. Глаза налились кровью, а зубы скрипнули.
— Ты похитил мою малышку Югито. Око за око, старик.
— До сих пор не понимаю, о сем идет речь, — отозвался Теучи непринужденно, потянувшись так же медленно к застежке плаща и отбрасывая его в другую сторону.
По счастливому стечению обстоятельств тот тоже повис на сучке. А может, в том и был замысел Хокаге, который бы не выглядел без этого столь эпично в поварском облачении. Водрузив себе на голову новый головной убор, привычную шапочку, Теучи теперь был как будто прежним собой, обычным владельцем Ичираку.
— Мои люди видели, как в моем лесу использовали Полет Бога Грома. Это техника из Конохи, старик! Это были твои люди! Ты похитил мою Югито, сволось!
Тот улыбнулся, поняв, что к чему. Выходит, Райкаге вторгся в его владения по ошибке? Да, такое вполне можно было простить. Но вот выходка с похищением Аяме…
— Стало быть, он всё же довел эту технику до ума… Никого я не похищал, ты пришел за дочерью не туда, — пробормотал Теучи. – Но раз он все же это сделал, на то были причины.
— Ты знаешь, где она? – рявкнул старик.
— Может и знаю, — пожал плечами повар.
Отцовская солидарность требовала, чтобы он сказал Райкаге, что девушка, вероятно, попала в храм. Но приверженность Культу Джашина диктовала обратное. Хокаге решил, что если Югито и была похищена его товарищами по вере, на то воля Бога Крови.
— Ты знаешь, какой сегодня день? День защиты человечества, — промолвил он, доставая из-за пазухи скалку и хлопнув ей по ладонью. От этого звука все, включая самого Райкаге, поежились. – Ты был первым, кто сделал это. Теперь моя очередь пойти наперекор этому празднику.
— В атаку, — скомандовал Эй своим людям, после чего несколько ближайших к Теучи шиноби бросились к нему. Но мужчина в поварской форме не дрогнул, а вместо этого взмахнул рукой.
— Могучий шлепок!
В следующий миг Теучи хлопнул себя по пузу, и во все стороны пошла ударная волна, от которой затрещала сама матушка-земля, затряслись деревья, а ниндзя полетели во все стороны. Аяме, которую больно царапнуло лезвие ножа дрогнувшего шиноби, резвим движением вырвалась, и оружие, ранившее ее, в следующий же миг оказалось уже в ее руке. В глазах безобидной хозяйки Ичираку блеснул кроваво-красный огонек, после чего та вонзила оружие в живот жертве, поворачивая клинок.
Райкаге, увидевший это, вытаращил глаза, после чего встал в боевую стойку и скомандовал ниндзя схватить убийцу. Остальные ниндзя, поднявшись с ног, вновь устремились к Теучи, который был готов к нападению.
Он встретил первого врага ударом скалки снизу вверх в подбородок, отчего бедняга подлетел в воздух. Хокаге магическим образом оказался над ним и наградил неприятеля еще одним ударом грозного оружия, заставив того пулей полететь обратно и воткнуться в землю головой.
Другому шиноби повезло меньше. Пятый Хокаге ударил его по голове сбоку, заставив ниндзя крутануться на месте и остановиться спиной к противнику. Мужчина схватился за челюсть, слегка нагнувшись вперед. Это было роковой ошибкой.
— Миллион лет боли! – послышался зловещий голос Теучи сзади, после чего скалка оказалась именно там, где вы подумали.

BlackRaven
Каратель




 
Сообщения: 769
Откуда: С фикбука)

Сообщение BlackRaven » 15 мар 2018, 00:22

Глава 8. Восемь

Крик боли, столь громкий и искренний, что вполне оправдывал название примененной только что техники, раздался над лесом, и птицы, испуганные еще больше, чем после разошедшейся во все стороны ударной волны, вспорхнули вверх и, хлопая крыльями, понеслись прочь. Теучи окинул лишенным сочувствия взглядом жертву, корчащуюся на траве, и решил, что возвращать скалку из ее нового вместилища не обязательно. Он был достаточно силен, чтобы одолеть врагов и без грозного оружия. И у тех, кажется, уже поубавился боевой настрой. Увидев, как Хокаге расправился с их товарищем, ниндзя отступили на шаг назад.
— Нечего стоять на месте! В атаку, живо! – рявкнул Райкаге.
Подчиненные побороли страх и вновь набросились на Пятого, но тот был готов ко всему, оказавшись неплохим бойцом на ближней дистанции и без скалки. Хоть стиль боя полноватого мужчины и выглядел неуклюже, тот на удивление ловко в последний момент уклонялся от оружия врагов, в результате чего они ненароком ранили друг друга или промахивались.
Меч одного ниндзя застрял в стволе дерева, и Теучи, появившись сзади него, сложил несколько быстрых печатей. В глазах Хокаге сверкнули искорки, не обещающие ничего хорошего.
— Запретная техника. Добавка за счет заведения, — произнес он, положив руку шиноби на плечо.
Жертва скорчилась, чувствуя, как появившаяся в желудке лапша со стремительной скоростью разрастается, путешествуя внутри тела и поражая прочие внутренние органы. Очень скоро окровавленные макароны полезли у бедняги из носа, рта, ушей, из глаз, которые лопнули от давления изнутри, и один Джашин знает, откуда еще. Шиноби свалился замертво, и это событие повергло в шок всех, кто бежал к нему на подмогу.
Тем временем Аяме расправилась с прыгнувшим на нее врагом весьма эффектным образом. Она запустила ему в голову нож, которым только что прикончила своего пленителя, и тот приземлился уже мертвым грузом, с торчащим из лба оружием. Девушка сложила печати, после чего надкусила палец. Из облачка белого дыма в ее руке появилась сковородка, которой Аяме с кровожадной улыбкой на лице готова была дубасить всех, кто решится к ней подступиться.
— Могучие тефтели! – воскликнул Теучи, сложив печати и взмахнув рукой в сторону приближающейся волны врагов. Из его рукава вылетело несколько мясных шариков, которые, мгновенно увеличившись в размерах, покатились по земле, давя собою неприятелей.
Очень скоро Райкаге остался совсем один.
— Аяме, доченька, пойди, глянь, что там с деревней, — обратился к ней Хокаге, когда девушка вытерла сковородку от мозгов очередной жертвы ее же одеждой. Та кивнула и быстро скрылась, и Теучи с главой вторженцев остался наедине.
— Ты за это заплатишь, старик! Если от твоей деревни что-то осталось, я вернусь туда и уничтожу все, что устояло на месте! – крикнул Эй, скидывая плащ и демонстрируя мускулистый торс своему противнику, который, хоть и был машиной для убийства, не мог похвастаться такой же физической формой.
— Сам во всем виноват, — отозвался Теучи равнодушно, хрустнув костяшками пальцев и равнодушно глядя на вставшего в боевую стойку противника. – Даже если бы я был виновен в исчезновении твоей Югито, вышел бы со мной один на один. Все эти ребята остались бы живы. Какой же ты Каге, если стоишь на месте и смотришь, как я выбиваю дурь из твоих шавок?
— Завались! – проревел Райкаге, напрягшись так, что по телу его заплясали молнии. Можно сказать, они служили ему броней.
Ринувшись вперед с ужасающей скоростью, лидер Кумогакуре мгновенно сократил расстояние до цели. Подпрыгнув в воздух, он занес руку и нанес удар, придавая себе силы и скорости с помощью Стихии Молнии.
— Громовой удар!
Наверное, от обычного человека после такого осталось бы одно лишь мокрое место, но Теучи не был таков. Он поймал кулак врага ладонью, слегка поморщившись, когда все вольты электрических доспехов неприятеля прошли по его телу.
— Неприятно, — признался он, сжимая пальцы и заставляя Райкаге скорчиться на коленях перед ним. – Но я могу стерпеть всё что угодно. Кроме покушений на мою дочь и деревню!
Эй стиснул зубы от досады, чувствуя, как пальцы старика, на первый взгляд не представляющего угрозы, сжимают его руку все сильнее и сильнее. Нет, он сильнее Хокаге! И пусть тому удалось одолеть всю его свиту, сам Райкаге так просто не сдастся.
Прорычав что-то, Райкаге поднялся и мощным рывком перекинул Теучи через себя, бросив его с такой силой, что старик улетел на несколько метров и сшиб собой несколько деревьев. Грохот, наверное, было слышно даже из деревни. А земля сотряслась с такой силой, что тела поверженных поваром врагов подпрыгнули и вновь растянулись на траве.
К удивлению Эя, Хокаге тоже не был так прост. Обычный человек вряд ли оправился бы от таких повреждений. Но Теучи, прокряхтев что-то недоброе, с трудом, но все-таки поднялся. Уверенный, что враг точно не переживет его фирменный «Лариат», лидер Кумогакуре сорвался с места и синей молнией понесся на врага. Но, в последний миг изменив тактику, вновь подскочил вверх, занося для удара ногу.
— Паденье гильотины! – взревел он, опуская пятку на то место, где только что был Хокаге, и по земле во все стороны пошли трещины, по которым пронеслись сверкающие заряды молний. Но Теучи успел в последний миг отскочить, и когда Райкаге вновь нашел его взглядом, тот был уже на безопасном расстоянии и готовил ему что-то нехорошее.
— Это слишком затянулось. Пора кончать дело, — сказал Хокаге, завершив серию печатей и капнув кровью из укушенного пальца на землю. – Техника призыва. Летающий Макаронный Монстр.
Райкаге открыл рот, глядя вверх, где среди деревьев появилось нечто жуткое, глядящее на него из развеивающихся облаков белого дыма. Это было начало ужасного конца.

***



— Попались, уроды, — прошипела девушка с розовыми волосами, приземлившись за спинами Киллера Би и Даруи, которые после этих слов остановились и развернулись к преследовавшей их куноичи.
— На себя посмотри, ты, несчастная сука. С такой внешностью жить ведь немалая мука, — парировал Би.
Нужно было отдать ей должное, совсем не запыхалась, хотя погоня была долгой. Через всю деревню, парк и, наконец, несколько тренировочных полигонов, на одном из которых и прекратилось преследование.
Следом за ней приземлился Саске. Он тоже не выглядел сильно уставшим, но почему-то он появился секунд на десять позже.
— Извини, пришлось спасти по пути одну красотку, вот я и отстал, — произнес он, поймав негодующий взгляд Сакуры, ведь именно Учиха затеял погоню.
— Печально, что ты закончил с ней так быстро, — вздохнула Сакура немного ревностно, с нотками злой насмешки.
Учихе, сразу распознавшему пошлый подтекст, оставалось лишь вздохнуть. Хотя, конечно, мысль о полном цикле отношений, заканчивающихся постелью, за столь короткий срок, была абсурдной.
Харуно направила на двух неприятелей лезвие обнаженного Кусанаги. Вокруг лезвия плясала чакра ветра, почти неразличимая, выражавшаяся лишь в небольших разводах, на миг появляющихся в воздухе.
— Вы глупо поступили, последовав за нами. Мы лишь увлекли вас в ловушку, отделив от всех остальных, — ухмыльнулся Даруи, потянувшись к рукоятке увесистого меча, висевшего за его спиной.
— Думаешь, мы не разгадали твой гениальный план, умник? – разочаровала его Сакура. Они с Саске переглянулись.
— Нас двое на двое, о чем тут разговор? Башку его снесу, ты угандошишь телку, так уладим спор, — сказал Киллер Би, после чего посмотрел на Саске, который в ответ на это потянулся к лямкам свитка за плечами.
— Так и сделаем, — отозвался Даруи, вытащив меч и направив его на Сакуру. По лезвию заплясали яркие синие молнии.
Харуно и Учиха вновь переглянулись и одновременно кивнули. Сакура сделала шаг навстречу Даруи, взмахивая мечом.
— Кусанаги меня не подведет. С таким мечом, лишенным изящества, ты вряд ли ровня мне, — прошипела Харуно своему противнику.
— Это ты вряд ли долго продержишься с такой зубочисткой в руках, — отозвался тот, и в следующий миг оба сорвались со своих мест, встретившись друг с другом уже ударами лезвий.
— Ну, нападай, чего же ты ждешь, — снявший со спины свиток Саске приглашающе махнул рукой.
Киллера Би не надо было просить дважды. Он ринулся вперед, закручиваясь волчком и вооружаясь всеми семью мечами сразу. Сложно было описать это словами. Два меча были у него в руках, еще два он зажал подмышками, других два были зажаты за согнутыми коленями. И еще один меч с коротким прямым лезвием был у шиноби в зубах. От противника, который не держал меч разве что своей черной жопой, пришлось спасаться эффектным кульбитом, в процессе которого Саске раскрыл свиток.
В момент, когда бумага оказалась раскрыта, на ней высветилась печать, и из свитка прямо на Би полилось масло. Приземлившись у Киллера Би за спиной, Саске подцепил ногой какую-то палку под ногами, дыхнул на нее огнем, после чего бросил во врага.
— Стихия Огня: Бросок факела!
Впрочем, совершать холокост с участием негра Учиха не планировал. Поэтому спустя не столь долгое время окатил его водой, извергнутой мощным потоком из рта.
— Стихия Воды: Холодный душ.
Немало подкопченный Би заорал, на сей раз от холодной-холодной воды. Учиха смерил его торжествующим взглядом, хоть и с нотками сочувствия. Вряд ли с такими ожогами враг мог продолжать бой. Но тот его удивил, покрывшись оранжево-красной чакрой. За спиной Би один за другим начали вырастать хвосты.
— Связался ты явно не тем джинчурики, псина. Тебе не забуду проделок с керосином. Я тебя вкатаю в землю, так и знай. Киллер Би в деле. Хачиби, давай вылезай. Е-е-е!
— Джинчурики, — прошептал Саске, вспоминая про Наруто, который тоже был джинчурики. И Гаара с экзамена, кажется, тоже. — Много же вас развелось на этой земле.
Уже спустя несколько мгновений перед ним стоял не человек, а существо из красной чакры с белым экзоскелетом. Глаза его превратились в яркие белые круглые фонарики. Из пасти вместе с раскаленным воздухом тоже вырывался белый свет. У существа было два рога как у быка, мощное телосложение, а также восемь хвостов, последний из которых стремительно вырастал прямо на глазах у Саске.
— Ну. твоя удача в том, что я тоже не так прост, — усмехнулся Саске, потянувшись к животу и приподнимая одежду. На его коже значилась круглая печать, будто татуировка. – Режим Отшельника.
В следующий миг Учиха сложил руки в молитвенном жесте, закрыл красные глаза и сконцентрировался. Спустя мгновение вокруг его глаз появилась синяя краска, а на раздувшемся лице выскочило несколько уродливых бородавок. Когда Учиха открыл глаза, его шаринганы были зелеными.
— Ведь Джирайя как-то раз по пьяни запечатал во мне Гамабунту.


Пред.След.

Вернуться в Фанфики Наруто


Версия для печати

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2

cron